Янтарь и Лазурит - Чайный Лис Страница 6

— Мне понадобится кувшин с чистой водой.

Молодая госпожа Ли сообщила родителям о прибытии монаха; те распорядились, чтобы для него подготовили покои и накормили, однако Сюаньму от всего отказался: не видел смысла оставаться в комнате, когда каппа бродил по коридорам. Поэтому и он собрался провести там ночь в окружении нескольких кувшинов и тазов с водой.

Хватило бы и одного, но слуги решили перестраховаться, поэтому принесли больше – чтобы точно поймать тварь. С другой стороны, не зря: теперь каппа захочет явиться именно сюда. Монах Сюаньму подозревал, что тому не нравилось, когда в его ручье стирали белье и загрязняли некогда чистую воду, поэтому по ночам каппа искал себе другую. Жители этой резиденции часто оставляли на ночь кувшины с водой, чем, сами того не ведая, приманивали это существо.

Также господа настояли, чтобы монаху не только постелили в коридоре и оставили его там с кувшинами, но и принесли все для его удобства. Они переживали, что последние несколько дней тварь хлюпала возле покоев их драгоценной дочери.

Пока все обитатели дома спали, Сюаньму сидел на одеяле с прикрытыми глазами и внимательно прислушивался. В одной руке он сжимал специальный мешок для ловли нечисти, в который готовился заключить каппу, а второй беззвучно перебирал четки, которые он когда-то высек сам под руководством шифу.

Вместо ожидаемого хлюпанья в коридоре раздались тихие шаги, затем на полу и стенах возникли отблески света. Сюаньму с подозрением прищурился: из-за угла вышла пухлая женщина – та самая настойчивая, которую он видел днем на кухне.

— Ох, уважаемый монах, глаз сомкнуть не могу – так мне страшно! – громким шепотом пожаловалась она, сжимая в руках фонарь.

Лицо Сюаньму на миг исказилось от злости, но он быстро совладал со своими эмоциями. Какая бы нечисть ни обитала тут, эта женщина уже точно ее спугнула.

— Тихо, – серьезным тоном потребовал он, не давая служанке возразить, поднялся и грозно посмотрел на нее.

Бесшумно ступая, Сюаньму сделал несколько шагов по коридору и тщательно вслушался: отдаленное журчание ручья и тихое стрекотание сверчков на берегу все еще доносились до его слуха, но не хлюпанье предполагаемого каппы. Только болотный запах намекал, что нечисть находилась где-то неподалеку.

— Вы спугнули его, – возмущенным шепотом произнес Сюаньму и, стараясь держать эмоции под контролем, безразлично посмотрел на служанку. Шифу не разрешал злиться на людей.

— Так этих тварей можно прогнать простым шумом? – удивилась пухлая женщина и изогнула широкие брови.

— Маленьких и безобидных – да.

— Как нечисть может быть безобидной? – возразила служанка, уже переходя с шепота на громкий тон.

Хлюп.

— Помолчите, – буркнул Сюаньму.

Хлюп. Хлюп.

Звуки доносились из покоев молодой госпожи Ли, вслед за ними усилился неприятный болотный запах, свойственный водной нечисти.

Монах осторожно приоткрыл дверь и бесшумно вошел внутрь, в то время как пухлая женщина зажала рот руками, чтобы не закричать от переполнявших ее эмоций, но и в стороне не осталась, а тоже с интересом и опаской заглянула. В покоях стоял полумрак, но отдельные силуэты все равно виднелись в слабом свечении из окна с узором бубуцзинь[7]: молодая госпожа Ли тоже не спала, а в ночной одежде полусидела на кровати, поджав ноги к груди и завернувшись в одеяло. После вопросительного взгляда монаха она вытянула руку и указала на деревянный комод.