Физрук: на своей волне - Валерий Гуров Страница 61

Ткнул ещё раз.

Ничего, кроме шороха.

Внутри пакета было что-то мягкое, и запах пошёл… подгнивший, мусорный.

— Тьфу ты… — выдохнул я, опуская палку и качая головой. — Рекс, ты понял? Я уже думал, нас сейчас размотает на фиг, а тут какой-то идиот мусорный пакет не донёс.

Рекс посмотрел на меня так, будто сам только что пережил инфаркт. Хвост медленно завилял — мол, живы, хозяин, и на том спасибо.

Я присмотрелся к пакету повнимательнее: воняет тухлятиной, объедки, какая-то тряпка. Мусор, да и только. Никакой взрывчаткой это не было. Вопрос — от кого такой сюрприз?

Я припомнил восточного вояку… Али, кажется? Это ведь я его место занял.

Я взял пакет двумя пальцами, отнёс к ближайшему баку и со злостью швырнул внутрь. Пакет жалобно хрустнул, порвался, из него выпало пару шкурок от картошки.

Блин, первый день в новом теле, а уже столько нарисовалось желающих меня достать.

Рекс потянул поводок, глядя вверх на меня.

— Ладно, брат, пошли дальше. Нам ещё, похоже, долго привыкать к этой новой жизни.

На соседней площадке, у гаражей, я заметил мужика в спортивной куртке. Рядом с ним стоял кобель, коренастый, с квадратной головой — стаффорд. Мужик давал собаке команды, щёлкал пальцами, и пёс тут же садился, вставал, бросался на рукав из мешковины, надетый на руке хозяина.

Я подошёл ближе, Рекс привычно спрятался за моими ногами и начал коситься на «коллегу» снизу вверх.

— Здорово, мужик, — окликнул я.

— Здорова, — ответил тот, даже не отвлекаясь от своего занятия.

Я понаблюдал за тренировкой. Сразу вспомнилось одно из самых популярных развлечений девяностых — собачьи бои. В них участвовали отчасти ради денег, отчасти ради забавы. Народ зверел, наблюдая, как собаки разрывают друг друга, ставки ставили — будь здоров.

Мне довелось знать некоторых, кто специально готовил псов для таких боёв. Так вот методы у этого мужика с бойцовским псом были очень похожи на те, что приходилось видеть раньше.

— Бои? — прямо спросил я.

— Нет, — мужик наконец обернулся. — Но учу собак. Чтоб слушались и чтоб хозяину не стыдно было.

Он хлопнул по рукаву, пёс тут же вцепился и начал трепать, как тряпку. Рекс тихонько пискнул, и я, наклонившись к песелю, прошептал:

— Слышал, да? Учиться тебе надо, а не в юбке по двору разгуливать.

Я снова вернул взгляд на мужика.

— А ты мою сможешь научить мёртвой хватке? Ну, чтоб туда-сюда, насмерть держал? — спросил я.

— Э… твою? — дрессировщик посмотрел на Рекса.

— Да она ж мелкая, кость в зубах и то не удержит.

— Зато боевая, — заверил я. — У неё уже конфликт есть с одной собакой, и надо, чтоб не ссала.

Мужик почесал затылок. Его стаффорд спокойно сидел на земле и дышал, вывалив язык. На Рекса он не обращал никакого внимания.

— Ну… с твоим… я результат гарантировать не смогу.

— Так проверь моего бойца? — попросил я.

Мужик огляделся, нашёл какую-то сухуюкорягу, покрутил в руках.

— Подними свою… повыше.

— Пацан это, Рекс погремуха, — пояснил я.

Поднял Рекса, тот дёрнулся, заскулил, но повис в моих руках, глядя на дрессировщика. Мужик резко сунул палку вперёд, и Рекс, похоже неожиданно для самого себя, вцепился в дерево.

— Отпускай! — рявкнул мужик.

Я тотчас отпустил Рекса, и тот повис, зубы скрипнули примерно в полутора метрах над землёй.

— Понимаешь? — объяснил мужик. — Отпустит и рухнет, а собаке падать страшно, поэтому держит до конца. Это и есть мёртвая хватка.