Песнь Перна - Энн Маккефри Страница 62

Коричневый всадник подтолкнул Менолли вперед, и она съехала с плеча дракона, как с горки. Но едва ноги коснулись земли, как она чуть не лишилась сознания от боли и вцепилась в переднюю лапу дракона, чтобы не упасть. Он ткнулся носом ей в плечо и сочувственно загудел.

— Брант’ говорит, что ты ранен? – Всадник соскочил следом за ней.

— Не могу ступить на ноги!

Сгоряча Менолли и не заметила, что от сапог остался один верх, а ступни изодраны в кровь.

— Вот оно что! Ну-ка погоди…

Он поймал девочку за руку и привычным движением перекинул через плечо. Шагая к входу в Нижние пещеры, всадник велел кому-то принести горшок с холодильным бальзамом. Очнулась Менолли уже на стуле, в ушах громко стучала кровь. Кто-то подставил скамеечку, чтобы она могла положить на нее израненные ноги, а со всех сторон уже сбегались женщины.

— Фелина, Манора! – оглушительно взревел коричневый всадник. – Скорее сюда!

— Нет, вы только взгляните на его ноги – сбиты до живого мяса!

— Послушай, Т’гран, где ты его…

— Увидел, как он старается обогнать Нити неподалеку от Нерата. И, можете себе представить, это ему почти удалось!

— Ценой собственных ног! Манора, пойди-ка сюда на минутку!

— Что сначала – вымыть ему ноги или…

— Нет, сначала дайте ему вашего сока, – предложил Т’гран. – А сапоги придется разрезать.

Кто-то поднес к губам Менолли кружку, уговаривая выпить все до дна. В желудке у нее с утра не было ничего, кроме нескольких листков салата, поэтому сонное зелье подействовало мгновенно, и лица столпившихся вокруг женщин расплылись в тумане.

— Клянусь небом, эти моряки совсем рехнулись, болтаются невесть где в разгар Падения!

Менолли показалось, что она узнала голос Маноры.

— За сегодняшний день это уже второй.

В следующий миг голоса слились в неразличимый гул. Девочке никак не удавалось сладить со зрением. Ей казалось, что она парит на расстоянии вытянутой руки от земли. Но так даже лучше – можно, по крайней мере, не ступать на ноги.

Эльгион, который в это время сидел за столом на противоположной стороне кухни, сначала подумал, что мальчуган потерял сознание от радости – ведь его спасли от верной гибели. Он, как никто другой, мог понять паренька: его тоже заметил всадник, когда молодой арфист, мысленно прощаясь с жизнью, мчался во весь дух по направлению к Полукруглому. Теперь, наевшись до отвала отличного жаркого, отдышавшись и поразмыслив на досуге, Эльгион был вынужден признать свою ошибку: не стоило забредать далеко от холда перед самым Падением. И уж вовсе ему не хотелось думать о том, какой прием его ожидает по возвращении в Полукруглый. Опять начнут долдонить: позор для холда, позор для холда… А его лепет о том, что он-де пошел искать яйца файра, только сильнее разозлит Януса. Даже Алеми и тот неизвестно что подумает. Эльгион вздохнул и стал смотреть, как женщины несут мальчика к жилым пещерам. Он уже привстал, собираясь предложить свою помощь.

И тут впервые в жизни увидел файра – и сразу забыл обо всем.

Виновницей была маленькая золотая королева. Жалобно крича, она влетела в пещеру, на мгновение неподвижно повисла в воздухе и вдруг исчезла. Через минуту огненная ящерица появилась снова; на этот раз она вела себя спокойнее и, казалось, кого-то искала.

Из жилой пещеры вышла девушка и, увидев файра, протянула руку. Маленькая королева мягко опустилась на нее и стала тереться треугольной головкой о щеку девушки, а та, что-то ласково приговаривая, направилась к выходу.