Раскол - Рита Хоффман Страница 66

Вздохнув, Савьер попытался допить эль, но, набрав его в рот, тут же выплюнул обратно в кружку – питье не лезло в горло. Перед глазами плыли круги, но не от хмеля, а от пульсирующей головной боли.

— Где я могу отдохнуть?

Монти отвлекся от разговора с одним из воинов и указал пальцем на потолок.

— Наверху полно свободных комнат, выбирай любую.

Кивнув, Савьер вышел из-за стола, махнул рукой развеселившимся воинам и покинул обеденный зал. Голова болела сильнее с каждым шагом, а черные пятна перед глазами двоились. Он с трудом дошел до лестницы и остановился, привалившись к стене.

— Нужна помощь?

Молодой мужчина в одежде Дома Кричащей Чайки усмехался, но его глаза оставались ледяными.

— Я справлюсь.

Савьер оттолкнулся от стены и попытался подняться по лестнице, но воин оказался настойчивым: он обхватил его рукой и буквально заставил опереться на свое плечо. От мужчины не пахло элем, и это казалось странным.

Они добрались до второго этажа, и, как только Савьер попытался отстраниться от настырного помощника, тот сделал резкую подсечку. Земля ушла из-под ног, голова закружилась сильнее, а сердце, казалось, замерло. Воин не позволил ему упасть – схватил за грудки, заставив Савьера зависнуть над каменными ступенями. Он чувствовал, как предательски скользят каблуки сапог, соскальзывая с края.

— Было бы неловко, если бы пьяный лорд упал с лестницы, правда? – Воин нахально ухмыльнулся.

— Что тебе нужно?! – Савьер вцепился в его руки, от страха на лбу выступил пот.

— Твой проклятый братец сбежал, верно? Или сдох – это не имеет значения. Так или иначе, он ушел от мести десятков братьев, мужей и сыновей. Зато остался ты, калека. Кровный родственник узурпатора.

— Я никогда его не поддерживал!

— Тогда почему он не убил тебя?! – прошипел воин, встряхнув Савьера. – Почему безжалостный тиран оставил в живых бесполезного брата, который его не поддерживал, но убил всех прочих?!

— Я не знаю!

— Лжешь!

Савьеру показалось, что воин готов отпустить его, но тот лишь сильнее сжал ткань его рубашки. В темных глазах не было жалости – только слепая, горячая ненависть.

— Предатель отнял у меня семью, – прорычал мужчина. – Разрушил мой дом! Я…

— Брюк? Какого хрена ты делаешь?

Савьер не видел говорившего, но его сердце радостно забилось в надежде на спасение.

— Помогите мне! – крикнул он. – Меня пытаются убить!..

Брюк рывком притянул Савьера к себе, панибратски приобнял и потрепал по волосам.

— Брось, мы просто веселились! Не смотри так, Ромми, я уже ухожу.

Отпустив Савьера, воин шутовски поклонился и вприпрыжку спустился по лестнице, по пути хлопнув замершего на месте приятеля по плечу.

— Он… – начал было Ромми, но Савьер резко перебил его:

— Я просто поскользнулся. Иди куда шел.

В темном коридоре Савьер ввалился в первую попавшуюся комнату и запер дверь. Для надежности подперев ее вещевым сундуком, он сел на него и запустил пальцы во влажные от пота волосы.

Сколько еще вокруг обезумевших от горя людей? Как часто его будут пытаться убить? Может, стоило вернуться в зал и рассказать об этом Монти?

Застонав сквозь зубы, Савьер спрятал лицо в ладонях.

«Меня никогда не простят. Как только война закончится, люди потребуют мести».

В это ужасное мгновение его радовало только одно: никто не знал о Джемини и Элинор. Савьер надеялся, что, если Лаверн выжил, он найдет в себе силы и увезет семью как можно дальше от Пятнадцати Свободных Земель.