Двуликие - Анна Шнайдер Страница 69

Я не могу сказать, что сразу успокоилась и забыла обо всём. Но, по крайней мере, мне стало легче. И с того момента я прекратила считать ту девушку и эльфа, от которого она зачала, своими родителями.

У меня была только одна мама, и её звали Кара Джейл.

Эмирин Аррано

Здесь было спокойно, как и всегда.

Она прошлась босиком по сочной зелёной траве, полюбовалась на нежно-голубое небо, зажмурилась, вслушиваясь в шелест ветра в кронах деревьев и пение птиц, и медленно двинулась вперёд — к озеру. Села на берегу, задрала юбку и погрузила в тёплую, ласковую воду ноги до колен.

Тоска пронзала всё её существо, не помогала даже магия этого удивительного места, которое создал когда-то давно её муж. И постепенно, под действием магии Разума, непроизвольно вырывавшейся из Эмирин, менялось и всё вокруг — вода в озере становилась холодной, небо серело, деревья качались тревожнее, с них облетали внезапно желтеющие листья.

— Успокойся, — прошептала она, стараясь погасить в себе эмоции, но не получалось.

Слишком давно она не была в Арронтаре по-настоящему. Если бы Эмирин отлучилась от Дрейка в свой лес, проклятье сразу бы вновь активизировалось и неизвестно, чем бы дело кончилось. Они и так ходили по лезвию ножа последний год… Приступы у Дрейка случались всё чаще, и Эмирин не говорила ему об этом, но он стал причинять ей гораздо более сильную боль, чем раньше. Словно метка питалась её страданиями.

И как же ей не хватало своего леса… и мужа. Нарро…

Эмирин закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание, и ухватилась пальцами за траву, потянула её вверх так сильно, что порезала ладони.

Налетевший внезапно порыв тёплого ветра погладил по щеке, обнял за плечи, прикоснулся к ранкам на руке, залечивая их, и шепнул на ухо:

— Тс-с-с… Я с тобой.

Она распахнула глаза.

Небо вновь было голубым, вода в озере — тёплой, листья на деревьях — зелёными, и грустные мысли в голове постепенно растворялись.

Эмирин чувствовала его за спиной. И как же хотелось обернуться, прижаться, поцеловать… Но она не смела. Не теперь, когда она два года принимала другого мужчину.

— Ри.

В голосе Нарро было столько нежности…

— Я звала тебя, да? — прошептала Эмирин, по-прежнему не смея обернуться. — Прости. Я не хотела.

Она почувствовала, как муж сел ближе. Она уже ощущала тепло его тела.

— Я скучаю, Ри.

Губы Нарро легко коснулись её волос, и Эмирин вздрогнула. Неосознанно потянулась к нему, но почти сразу отпрянула.

— Посмотри на меня.

Она помотала головой и зажмурилась.

— Я прошу тебя, посмотри на меня.

Эмирин вздохнула. Удивительно, они знают друг друга столько лет, но она так же, как и в юности, не может отказать Нарро ни в чём. Она всегда и всё делала так, как он хотел.

Сделала и в этот раз. Обернулась — и почти упала ему в объятия, чувствуя, как родные руки крепко сжимают её талию, любимые горячие губы целуют в лоб и висок…

— Не нужно, — прошептала Эмирин, вцепляясь пальцами в его рубашку. — Я не достойна. Я…

— Не смей говорить про себя подобные вещи, Ри, — сказал Нарро строго и спокойно. — Я сам отпустил тебя, потому что знал, как важно нам обоим спасти Дрейка. И я люблю тебя. Оскорбляя себя саму, ты оскорбляешь меня, помни об этом.

Она улыбнулась, чувствуя, как сердцу становится легче. Он, как всегда, нашёл самые правильные слова. Самые-самые.