Криминалист 5 - Алим Тыналин Страница 73

Повернулся к Келлеру.

— Вебер и Майер к парадному входу. Келлер к заднему. Я иду первым. Задержание по подозрению в приобретении краденого имущества, in flagranti. Ордер не требуется.

In flagranti. С поличным. По швейцарскому закону задержание при очевидном преступлении допускается без ордера. Бруннерподготовил правовую основу заранее, еще в Берне, согласовав квалификацию с прокурором.

Келлер взял рацию.

— Пост-два, внимание. Задний выход, немедленно. Пост-три, к парадному.

Подтверждения. Треск, голоса.

Мы спустились по лестнице. Быстро, но без бега. На улице прохладный ночной воздух, горели фонари, царила тишина. Бруннер шел впереди, шаги точные и размеренные. Двое агентов за ним. Мы с Моро следом.

Тридцать ярдов до ворот. Калитка закрыта.

Бруннер нажал кнопку звонка. Консьерж выглянул, увидел Бруннера. Тот показал удостоверение, произнес одно слово:

— Polizei.

Консьерж открыл. Лицо бледное и растерянное.

— Тихо, — сказал Бруннер по-немецки. — Никаких звонков наверх. Оставайтесь здесь.

По дорожке к парадной двери. Бруннер не стучал. Повернул ручку. Дверь открыта, консьерж не запер после прихода гостя.

Вестибюль. Тишина, мрамор, люстра. Запах хорошего табака, трубочного, сладковатого.

Лестница наверх. Ковровая дорожка глушила шаги. Второй этаж. Свет из-под двери гостиной.

Бруннер остановился у двери. Прислушался, постоял секунду. Потом взялся за ручку и открыл.

Гостиная. Высокий потолок, обои темно-зеленые, картины в золотых рамах. Книжные шкафы, камин, два кожаных кресла. Журнальный столик из полированного дерева.

На столике раскрытая коробка, бархатная, темно-синяя, размером с ладонь. Внутри, на белом атласе, камень. Голубой огонь в теплом свете настольной лампы. «Персидская звезда». Даже с расстояния пяти ярдов свет преломлялся в гранях, рассыпался мелкими радужными вспышками по потолку и стенам.

Хаас сидел в кресле справа. Длинное лицо, залысины, очки в тонкой оправе сползли на кончик носа. В правой руке ювелирная лупа, десятикратная, складная, хромированная. Только что рассматривал камень. Рот чуть приоткрыт, как у человека, застигнутого на середине выдоха.

Второе кресло пустое. На каминной полке два стакана, оба с виски, один почти полный, второй допит до дна. Саквояж раскрытый, пустой, стоял на полу у кресла, подкладка красного шелка.

Конверта с деньгами на столе не оказалось.

— Федеральная полиция, — сказал Бруннер. — Герр Хаас, вы задержаны по подозрению в приобретении краденого имущества. Оставайтесь на месте.

Хаас не двинулся. Лупа медленно выскользнула из пальцев, беззвучно упала на ковер.Лицо посерело. Глаза по-прежнему смотрели на бриллиант.

— Где второй? — спросил я.

Бруннер обернулся.

Я указал на пустое кресло, на два стакана, на раскрытый саквояж.

— Курьер передал камень и забрал деньги. Он уже ушел.

Бруннер среагировал мгновенно.

— Майер на кухню. Задний выход. Быстро. Где там Келлер?

Майер бросился по коридору. Через десять секунд из глубины дома донесся крик:

— Дверь закрыта! Черный ход пуст! Через окно ушел!

Бруннер кинулся к рации.

— Пост-два, объект покинул дом через задний выход. Мужчина, рост метр семьдесят пять — метр восемьдесят, темные волосы с сединой, темное пальто. При нем конверт с деньгами. Направление переулок за домом. Задержать.