Развод с ледяным драконом. Аптека опальной попаданки - Лилия Тимолаева Страница 76

Мужчина во главе стола повернул голову, будто это его поцарапали.

— Вы уже заявляли это во дворе, милорд, — произнёс он. — И именно это вызывает вопросы к вашей способности управлять. Вы, герцог, позволили опальной женщине стать центром внимания, создали панику, привели толпу во двор, выгнали гильдию—

— Я выгнал не гильдию, — сказал Кайрен холодно. — Я выгнал запрет.

— И тем самым поставили себя выше порядка Дома, — сказал мужчина во главе стола.

Кайрен сделал шаг вперёд.

— Порядок Дома — это Дом, который не травит своих, — произнёс он. — А сегодня мой город травят. И я хочу знать — кто.

По залу прошёл холодный шёпот. Публичное обвинение. Не меня. Не гильдии. Дома.

Мужчина во главе стола улыбнулся — очень тонко.

— Это серьёзные слова, милорд, — произнёс он. — И серьёзные слова требуют серьёзных доказательств.

Я вдохнула.

— Они есть, — сказала я.

Кайрен повернул голову ко мне.

— Нет, — сказал он почти незаметно, глазами. “Не сейчас.”

Я всё равно полезла под платье и достала сложенные листы. Бумага шуршала громче, чем должна была.

Сиверс напрягся. Лоран резко выпрямился.

Селена чуть прищурилась.

— Вот, — сказала я и подняла листы. — Поставки “соли снежника” в гильдию. Корректировка дозировки для носителей знака. И схема разводной печати, которую активируют “ключом”.

В зале стало тихо так, что я услышала, как кто-то сглотнул.

Мужчина во главе стола не моргнул.

— Откуда это? — спросил он мягко.

— Из северного кабинета, — сказала я. — Того самого, куда слуги не заходят. Того самого, где решают, кому жить красиво, а кому — нет.

— Значит, вы украли документы, — сказал он.

— Значит, я спасла их от исчезновения, — ответила я. — Как вы любите делать с людьми.

Сиверс шагнул ближе.

— Это доказательство незаконного проникновения, — сказал он.

— Это доказательство преступления, — ответила я. —И если вы хотите назвать это “незаконным” — называйте. Только не делайте вид, что не читали.

Кайрен протянул руку.

— Дай, — сказал он.

Я дала листы. Его пальцы мельком коснулись моего запястья — печать внутри дернулась, но замерла. Он держал.

Кайрен развернул бумаги так, чтобы Совет видел.

— Вот, — сказал он. — Это механизм. “Соль снежника” в официальном препарате. “Пепельный катализатор” для чёрного мороза. И указание — увеличить дозу для носителей знака.

Лоран побледнел.

— Это подделка, — выдавил он.

— Тогда покажи свою, — сказал Кайрен.

— Милорд, — вмешался мужчина во главе стола, — вы сейчас делаете то, что не подобает герцогу: устраиваете сцену.

— Я устраиваю суд, — ответил Кайрен.

Я шагнула вперёд.

— Суд — это когда показывают не слова, а реакцию, — сказала я. — Дайте мне кипяток. Дайте огневику. И дайте “Согрев-стандарт”. Прямо сейчас. При Совете.

Лоран резко повернулся.

— Нельзя! — сказал он. — Это—

— Это опасно, если правда всплывёт, — сказала я.

Мужчина во главе стола приподнял руку.

— Принести, — сказал он неожиданно спокойно.

Лоран дёрнулся.

— Милорд…

— Я сказал: принести, — повторил мужчина во главе стола, глядя на Лорана так, будто он подчинённый.

И вот тут я увидела: они играют в одну игру, только роли разные. Лоран — инструмент. Этот — дирижёр. И он уверен, что даже демонстрация ему выгодна.

Слуга принёс чашу с горячей водой. Мара — не знаю, как её допустили — стояла у двери, и когда увидела огневику у меня в руке, едва заметно кивнула. Я даже не спросила, как она пробралась. Она просто была там, потому что город — не только бумаги.