Относительность предопределенности - Валерий Большаков Страница 82

— Вообще-то, да, – неохотно признала Тата. – И что с ним тогда делать?

— А чего нам одним головы ломать? – улыбнулась Исаева, и глянула на часы. – Наш лучший психоаналитик сейчас в Москве… Я вызвала агента «Лилит» для консультации.

Дверь кабинета щелкнула, и внутрь заглянула Ксеня Металина, ВРИО секретарши. Ее хорошенькая мордашка румянилась от любопытства.

— Товарищ полковник… То есть… Марина Теодоровна! К вам товарищ Сосницкая.

— Проси товарища Сосницкую, – улыбнулась Исаева.

Светлана Евгеньевна впорхнула, на ходу снимая пальто. Мельком улыбнувшись Тате, она отчеканила:

— Агент «Лилит» по вашему приказанию прибыл! Или прибыла?

— Вольно! – фыркнула Марина.

Засмеявшись, Сосницкая повесила пальто и, оправляя вязаное платье, присела на диванчик, оккупированный Татой.

— Есть проблема? – поправила она очки.

— Есть человек, – вздохнула Исаева, присаживаясь за стол, – есть проблема… – Кратко введя Светлану в курс дела, она облокотилась на столешницу, сплела пальцы и уложила на них подбородок.

Помолчав, агент «Лилит» медленно заговорила:

— Мне кажется, что лучший вариант – сначала хорошенько нагнать на комиссара страху…

— Наталишка просто талант по этой части! – перебила ее Тата.

— Да… – сверкнула оправой Светлана. – А потом Глебского можно и проинформировать – ровно настолько, насколько это необходимо, чтобы он успокоился. Комиссар не враждебен нам – он просто ищет истину, и действует по совести. И по закону. Я даже подумала… А почему бы нам не привлечь его на свою сторону? Речь не о вербовке… по крайней мере, пока! Однако, согласитесь, на такого человека, как Глебский, вполне можно положиться – он не из тех, кто предает.

— Хм… – задумалась Марина. – В принципе… Толковый вариант. Вот что… Тата, позвонишь Лее… М-м… Нет, лучше Натали! Только не сегодня, лучше завтра с утра. Пускай припугнут комиссара! И немножечко раскроют карты. А мы… Давайте-ка всё спланируем, как полагается! И заодно подумаем, как именно дозировать информацию для «товарища Глебского»…

Суббота, 23 февраля. Утро

«Альфа»

Москва, улица Строителей

Лея ласково улыбнулась, глядя на Димку – тот спал совершенно бесшумно, не сопел даже, и только сильный живот слегка надувался и опадал.

«Устал, бедненький…» – девушку куснуло чувство вины. Не давала поспать человеку…

Попросить прощения? Лея быстренько прижала ладонь ко рту, боясь прыснуть со смеху. Ага, знаем мы твои извинения! Пусть хоть часок отдохнет…

«О! – осенило ее. – А приготовлю-ка я завтрак!»

Инна всегда так делала. Только в постель подавать не надо, а то… Ясно же, что будет на десерт!

Спустив ноги на коврик, Лея медленно встала. Оглядываясь, накинула на плечи Димкину белую фланелевую рубашку. Нижние пуговки застегнулись легко, а вот верхние не сходились.

«Ну, пусть будет декольте!»

Сунув плашку радиофона в нагрудный карман, девушка подхватила босоножки, и на цыпочках вышла из спальни. Тихонько прикрыла дверь, но свои «шлепанцы на шпильке» опустила на пол лишь в кухне. Каблучки, подбитые чем-то эластичным, не цокали, но и глухой стук ни к чему – у Димки сон чуткий.

И с душем погодим, уж больно шумен…

Подумав, Лея решилась на еще одно послабление – не стала варить овсянку. Димона она и без того воспитает, так стоит ли портить чудесное утро педагогическим энтузиазмом?