Земский докторъ. Том 5. Красная земля - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 89

Уж конечно, Иван Палыч не упустил момент и заехал сначала в аптеку, а потом и к Нобелю, глянут, есть ли бензин? В аптеке взяли по разнарядке лекарств, бинтов и всего такого прочего… А вместо Нобеля в складах располагалась контора с непонятным названием «Ревдорснаб». Бензин там имелся, и доктор на радостях взял целый бочонок.

Пока добрались до Зарного, пока развесили объявления о созыве сельского схода, пока созвали, кого смогли — уже и завечерело.

За неимением — пока! — клуба собрались в бывшем трактире. Хозяйка, Феклистова, хмурилась, но выражать открытое недовольство боялась.

Большинство собравшихся составили женщины, мужиков почему-то было мало, хотя доктор знал, что многие, бросив фронт, уже вернулись в село.

— Итак! — поднявшись на импровизированную трибуну, председатель сельского света Степан Пронин постучал по графину. — Сельчане! Дорогие мои… Анну Львовну, думая, нам представлять не надо.

— Знаем, знаем Анну Львовну! Школу когда откроете? Когда учитель будет?

— А вот об этом она вам сейчас расскажет!

Известие об открытии семилетки, поначалу вызвало недоверие… быстро перешедшее в самый бурый восторг!

— Это что же, у нас теперь, как в городе, будет? Гимназия?

— Не гимназия, а советская школа! Учителей найдем. Кто-то будет приезжать из города, а кто-то, может, поселится и здесь… Пока — на постое, или вот здесь в гостинице… А потом, товарищи, у Совета есть планы построить для учителей дом!

— Дом! О как!

После выступления Анны Львовны, слово на минуточку взял Иван Палыч, напомнив сельчанам о необходимости тщательно соблюдать все противоэпидемиологические меры…

— Хоть карантин в Зарном и снят, но… Есть еще Ключ! Рябиновка! А там обстановка опасная.

Ну и вслед за доктором…

— Сельчане! Земляки! — вновь поднялся Пронин. — Хочу вам представить товарища Нюру Резанович, секретаря Зареченского укома комсомола.

— Чего-о-о?

— Товарищи! Комсомол, это…

Нюра говорила громко, понятно и толково. Не затягивая, объяснила, что такое есть комсомол, кого туда принимают и что вообще делают комсомольцы.

— Ну, это молодежь, — пригладив окладистую бороду, отмахнулся лабазник Парфен Акимыч. — А нам ненадобно…

Краем глаза Иван Палыч заметил, как рыжий Андрюшка выскочил на крыльцо. Неужто, парнишка тайком покуривал, чтобы казаться взрослее?

— Вот именно — молодежь! — между тем, продолжала Нюра. — Так что… Эй, молодежь! Давайте же, записывайтесь в отряд! Посмотрим, на что мы способны.

— А со скольких лет можно? — осторожно поинтересовался сын кузнеца Никодима Василий.

— С четырнадцати, пятнадцати…

— А у нас уже есть отряд! — не выдержав, Анютка Пронина подбежала к трибуне. — Скаутский!

Товарищ Нюра Резанович поморщилась:

— Скауты — это буржуи!

— А у нас не буржуи! — обиженно протянула Анюта. — У нас — красные скауты! Верно, ребята?

Нюра неожиданно улыбнулась:

— Ну, раз красные, тогда поможем во всем! И лучших примем в комсомол. Обязательно примем!

С улицы в залу вдруг вбежал Андрюшка. Волнуясь, он замахал руками…

— Там! Там… Пожар! Горит что-то!

— Пожар…

Толпа бросилась с на улицу…

Нет, в самом селе все было в порядке… А вот за рощей вставало самое настоящее зарево!

— Усадьба горит! — ахнул Иван Палыч. — Степан, парни… в машину, живо!

В потрепанную «Изотту-Фраскини» набилось человек семь: кроме водителя и красногвардейцев, еще доктор, его помощник Леонид Лебедев, Роман Романыч и Степан Пронин.