Физрук: на своей волне 7 - Валерий Гуров Страница 91

Руска шуршала по бумаге, пункт за пунктом вписывая строки.

— Касаемо олимпиады, ремонта спортзала, подарков ребятами всего, что связано со школой, — продолжил я, проводя линию под соответствующим блоком. — Здесь сумма вполне подъёмная. Эти траты Али может понести уже сейчас. Поэтому по этой части мы ничего откладывать не будем.

Я на секунду остановился, посмотрел на лист, затем снова провёл ручкой по двум конкретным пунктам.

— А вот по этой части я готов двигаться, — сказал я. — Легализация его бизнеса в России и уплата всех недоплаченных налогов. По этим пунктам я понимаю, что ему понадобится отсрочка. И я готов пойти навстречу. Но только в том случае, если он со своей стороны гарантирует, что эти обязательства будут выполнены.

Адвокат тут же оживился, словно ухватился за спасательный круг.

— Я полагаю, мой клиент может дать вам своё честное слово… — начал он.

Я даже слушать это до конца не стал.

— Нет, — перебил я его. — К твоему сожалению, честному слову твоего клиента я больше не верю. Только юридически подтверждённые обязательства. И чтобы у тебя не было иллюзий, — обозначил я. — Я тоже покажу этот документ грамотному юристу, прежде чем поставить подпись.

Адвокат снова закашлялся. Было видно, что этот разговор ему физически неприятен.

Я постучал пальцем по листу, указывая на пункт про налоги.

— И да, — добавил я. — По этой части я тоже готов предложить вам вилку, потому что сомневаюсь, что юридически всё это можно будет оформить впрямую.

Мужик сразу насторожился.

— Какую вилку? — спросил он.

— Простую, — ответил я. — Вы считаете сумму недоплаченных налогов. И чтобы не влетать на крупные штрафы от государства, Али может потратить сопоставимую сумму на благотворительность. В таком формате он сможет избежать штрафов, которые по размеру могут оказаться не меньше самой задолженности.

По испуганному взгляду мужика, я понял, что по этой части у адвоката не было никаких договорённостей с клиентом.

Адвокат завис надолго. Смотрел в одну точку, что-то быстро прокручивая у себя в голове.

Наконец он медленно поднял на меня глаза.

— На этот счёт мне нужно будет посоветоваться с клиентом, — пояснил он. — Я попробую позвонить ему прямо сейчас.

Я лишь пожал плечами.

— Валяй.

Я прекрасно понимал, что несмотря на то, что Али находился в ИВС, никаких серьёзных проблем со связью у него нет. Такие люди даже там остаются на связи. И словаадвоката это только подтверждали.

Он поднялся из-за стола, достал телефон, бросил мне:

— Я вернусь через несколько минут.

И вышел из моей каморки, прикрыв за собой дверь.

А я поймал себя на мысли, что мне даже стало любопытно представить лицо Али. В тот момент, когда его адвокат будет объяснять ему, что договориться с физруком «малой кровью» не получилось.

Надо сказать, адвокат болтал по телефону куда дольше, чем те «пару минут», которые он мне обещал. По звукам снаружи я ничего не слышал, но и так было понятно, что разговор у них с Али складывается непростой, если вообще не на грани истерики.

Однако я отлично понимал, что лучше быть на свободе с прохудившимся кошельком, чем сидеть за решёткой, сохранив при этом свои деньги. Не зря же говорят — жадность фраера сгубила. Вопрос был только в том, до какой отметки у Али дойдёт эта жадность и где у него сработает инстинкт самосохранения.