Второй шанс для матери-злодейки - Диана Маш Страница 92

На миг девушке показалось, будто ей прямо в сердце ударила молния. От удивления она широко распахнула глаза.

— Доволен? — словно не замечая реакции жены, спокойно спросил Юань Хао у сына.

Баоцзы радостно улыбнулся и закивал.

— Ага.

[1] Цепочка — Более простая версия игры в "Города". Можно выбирать любые слова (например: фрукты, имена, предметы).

[2] Рифмы — Первый участник говорит короткую фразу. Следующий должен придумать к ней рифму. Не обязательно, чтобы она была логичной — чем нелепее, тем веселее.

Глава 66. Волшебное преображение

Лю Фан не помнила, как они выбрались из кабинки. В ногах была странная слабость. Мысли парили в небе. Стук сердца отдавался в ушах, заглушая все остальные звуки.

Не держи ее за руку своей липкой после сахарной ваты ладошкой, Баоцзы, — девушка наверняка отстала бы и затерялась в толпе.

Прийти в себя удалось только тогда, когда они поравнялись с ярким металлическим вагончиком. Над дверью алели зазывающие иероглифы: «Фотозона». Баоцзы, резко остановившись, поднял на родителей сияющий, полный надежды взгляд:

— Папа, мама, давайте сфотоглафируемся? Ну, пожалуйста!

Лю Фан не стала уточнять подробности. Благодаря сыну она уже знала, что такое фотографии. Единственное, о чем переживала девушка, — как она на них получится.

Муж у нее — красивый, статный, ему волноваться точно не о чем. Сын — милее не сыскать на всем свете. А она? Толстая, нескладная… даже новое платье не сможет скрыть ее слишком пухлых щек и круглого лица.

Пока жена в мыслях лихорадочно перебирала всевозможные отговорки, Юань Хао приблизился к табличке с описанием услуги. В этот момент дверь вагончика со скрипом распахнулась, и наружу выпрыгнул молодой парень в костюме панды.

— Желаете сделать семейное фото? — бойко спросил он. — У нас виртуальных локаций — хоть отбавляй! Захотите — сфотографируем вас на золотистом пляже или на вершине египетской пирамиды. Все по вашему желанию.

От таких перспектив у малыша дух захватило. Он запрыгал на месте, словно маленькая обезьянка.

— Мама, папа, хочу на пляж… хочу на пляж…

— Сладкий пирожочек, — с тоской в нежном голосе протянула Лю Фан, садясь на корточки перед сыном. — Мама… плохо получается на фотографиях. Всю красоту вам испорчу. Лучше вы с папой сфотографируйтесь, а я полюбуюсь на вас.

— Мама, я хочу семейную фотоглафию, чтобы поставить ее в ламочку, — грустно протянул Баоцзы. Его нижняя губа предательски задрожала. Уголки глаз покраснели. — Лазве в нашей семье только я и папа?

Его слова заставили сердце Лю Фан сжаться от боли.

Малыш всего лишь хочет сохранить память о счастливом дне, а она трясется из-за своих толстых щек. Какая же она после этого мать? Ничем не лучше прошлой хозяйки тела.

— Прости, мой золотой. Мама сказала глупость. Конечно, мы сфотографируемся все вместе.Только не плачь.

— Госпожа, — услышав их тихий разговор, вмешался парень-панда. — Первые снимки — это только черновик. Сырой материал. Мы их никогда не используем без должной обработки. Это против наших правил.

— Обработки? — удивленно переспросила Лю Фан. — Я не совсем понимаю…

— Вы когда-нибудь слышали о «великой азиатской троице волшебных преображений»? — загадочно улыбнулся парень-панда. Мама с сыном, в унисон, отрицательно качнули головами. — Великая азиатская троица волшебных преображений: японская — искусство макияжа, корейская — пластическая хирургия, китайская — фотошоп! В нашем ателье мы практикуем последнее. Уверяю, результат вам понравится.