Психолог для дракона - Юлианна Винсент Страница 25

Решив, подумать об этом позже, на крайний случай спросить у Альфи или Дэмиана, что это за история, я продолжила вести тренинг:

— Руки должны едва касаться грудной клетки, не нужновдавливать человека в пол. Лежащие закрывают глаза, — опустила голову, посмотрела на ректора и повторила, — закрывают глаза лежащие.

Рычун ухмыльнулся, но глаза закрыл.

— Лежат молча и отслеживают свои ощущения в теле, — сказала я и снова обратилась к ректору: — Для вас, господин ректор, ощущения — это…

— Я знаю, что такое ощущения! — не открывая глаз, перебил меня Горнел.

— Тогда, вам полбалла! — пошутила я.

— Я рад! — конечно же последнее слово должно остаться за ним, как без этого то?

— Я засекаю время, — обратилась я уже к студентам, — сидящие сидят тоже молча и неподвижно, желательно. Лежащие могут шевелиться и, если вдруг у вас возникнет желание выразить какие-либо эмоции, не стесняемся, выражаем.

Упражнение начинается, а я превращаюсь в слух. Я слышу, как тикают настенные часы над дверью, отмеряя заветные десять минут, слышу, как прерывисто и смущенно дышат девушки, лежащие под пристальным вниманием парней, слышу, как стучит горячее сердце ректора. А вот, чего я не слышу, так это того, чтобы этот вредный дракон дышал. Его грудная клетка абсолютно статична.

“И чем он интересно дышит? Жабрами?” —задаюсь я мысленным вопросом.

— Лежащие делают медленный глубокий вдох носом и выдох ртом, — говорю я низким гортанным голосом.

Слежу за тем, чтобы все выполнили инструкцию и повторяю:

— Еще медленный вдох носом и выдох ртом.

Ректор не дышит.

— И еще раз, — говорю для всех, а затем наклоняюсь ближе к Рычуну и говорю уже шепотом: — Дышим, господин ректор! Ваша грудная клетка должна подниматься и опускаться, а она не двигается. Это очень плохой симптом.

— Хм, — хмыкает мужчина, резко выпускает воздух и в этот момент его грудная клетка опускается вниз, словно избавляясь от напряжения, в котором он находился все это время.

— Молодец! — одобрительно киваю я. — А теперь еще раз!

Пока Его Рычащее Величество на удивление молча выполняет все мои инструкции, я успеваю внимательно рассмотреть его лицо вблизи: вечно нахмуренные брови, словно он постоянно пытается решить какое-то нерешаемое уравнение, чуть впалые, сейчас закрытые, глаза, небольшой аккуратный нос, четко очерченные, слегка поджатые губы и волевой подбородок с едва заметной ямочкой посередине.

Дальше мой взгляд спустился на его сильную, накаченную грудь, которая,наконец-то, начала шевелиться под моими ладошками, но было заметно, что глубокие вдохи даются ему с трудом. А затем я обратила внимание на его, голые по плечи, руки. Господи, лучше бы я этого не делала!

Мышцы рук перекатывались под кожей, как волны океана, и каждый их изгиб говорил о мощи и выносливости. На предплечьях отчётливо видны вены, которые пульсируют в такт биению его сердца, добавляя образу Рычуна ещё больше мужественности и силы. Хотя куда уж больше? Они змеятся по рукам, напоминая корни могучего дерева, которое крепко держится за землю. Кисти рук крупные, с длинными пальцами. Каждая линия на ладонях говорит о силе воли и решимости этого человека. Он готов к любым испытаниям, он не боится трудностей.

Ладони ректора прижаты к полу, а пальцы слегка растопырены. Словно он держит пол, чтобы тот из-под него случайно не убежал. Все-таки с расслаблением у Рычуна большие проблемы.