Близость - Ария Тес Страница 54

Все это…сюр, но такова реальность.

Тук-тук-тук

Бросаю взгляд на дверь и морщусь. Не хочу никого видеть. Особенно их. Золотовых. А кто еще стучаться-то будет? Дамир явно не стал бы.

— Я не хочу разговаривать, - бросаю тихо, только либо слишком тихо, либо просто насрать.

Дверь открывается, и на пороге появляется Даня.

Он выгибает брови, глядя на то, как я пытаюсь поднять ящик и засунуть его обратно в комод, потом картинно вздыхает.

— Дай сюда, господи.

Не успеваю даже рта раскрыть, как он по-хозяйски заходит и забирает у меня ящик.

Я отхожу подальше.

Мне не нравится быть с ним наедине. Еще больше нервирует закрытая дверь, но, кажется, сил у меня больше не осталось. На крики, оры, сопротивление - выжитый лимон. Наша ссора слишком сильно по мне ударила. Страх за брак добил.

Если все рухнет, я действительно останусь одна. Без него.

Без Дамира…

Только одна такая вероятность повергает в дичайший ужас. Руки начинают трястись, следом подбородок. Мне уже абсолютно наплевать, кто тут со мной в одной комнате. Даже если маньяка из того убогого фильма запихнуть - какая разница?! Тихо всхлипываю, быстро вытираю слезы, но новые тут же бегут и снова мешают мне видеть.

Но я чувствую. Даня смотрит на меня пристально, потом тихо цыкает, подходит и садится рядом.

Была бы я не выбита из колеи, выбила бы ему все зубы, но я не могу. У меня руки опускаются…

— Ты можешь уйти? - шепчу еле слышно, он цыкает еще раз, а потом выдыхает дым из Настиной электронки.

На этот раз пахнет кислым, сочным яблоком.

С этого момента, уверена, я буду его ненавидеть.

— Теоретически? Могу.

— А практически?

Делает еще одну затяжку, снова выдыхает облако пара и откидывается на кровати назад. Пару раз стучит ногами по полу. Молчит. Практически, значит, мы можем только трахаться на глазах у того, кто всего это видеть не хочет. Ясно.

— Знаю, что я тебе не слишком симпатичен, мелкая, но позволишь сказать? Только без рукоприкладства на этот раз, окей?

— Что? Снова хочешь засунуть свой нос в мой брак?

— Ты смотришь на жизнь сквозь мещанские, узкие принципы, которые тебе здорово мешают.

— Надо же…- издаю смешок и пару раз киваю, а потом перевожу на него взгляд, - Вот как это называется.

— А как ты это видишь?

— Не знаю? Нежелание смотреть, как занимаются сексом твои друзья? Тем более в этом участвовать?

— Но ты уже смотрела, - усмехается он, вгоняя меня в краску.

И очень хочется отвернуться, только я не могу.

Золотов приклеил меня к себе будто! Что дико бесит.

Его честность раздражает.

— Не смотри на меня так. Это побочка свободных отношений. Один из столпов, на котором все держится - это честность. Я говорю правду, а вот ты прикрываешься тупыми моралями и прячешь ее от себя.

— И какую же правду я, по-твоему, прячу?

— Не знаю. Я в твою голову забраться не могу. Ты мне скажи.

— Я уже все сказала, - мне удается взять себя в руки и отлепиться от него, перевести взгляд перед собой и прошептать, - Я не хочу в этом участвовать. Это неправильно. Это грязно. И это не для меня.

— Ауч.

— Смотри-ка? Я тоже говорю правду. А хочешь еще больше правды?

— Ну-ка.

— Ты извращаешь и подгоняешь жизнь под себя так, будто она твой костюм. Но это не так.

— Интересная теория.

— Это не теория, а правда, Даня. Ты хочешь изменять своей жене, поэтому ты лоббируешь дерьмовые принципы. И это ты открываешь свой брак. Мне это неинтересно. Я хочу прожить жизнь со своим мужем в честности и верности, а не смотреть, как он натягивает одну сучку за другой. Это твой мир. Не мой.