Служебный развод - Агата Лав Страница 58

— Нам стоит переодеться, — хрипло говорит он, проведя пальцем по моей щеке. — Ты ведь не хочешь кататься в офисном костюме?

— Кататься?

— Только не говори, что ты не любишь лошадей.

— Я их боюсь… наверное.

— Глупости, — отрезает он и увлекает меня к главному входу, откуда ведет к главному зданию. — Ты быстро освоишься.

— Ты решил меня всему научить из своего мира для избранных? Гольфу, теперь вот скачки…

— Это не скачки, — Шумицкий повторяет мой иронизирующий тон. — И что за мир избранных? Я должен носить с собой спецпропуск?

— Ты его и так носишь.

— Да? Не замечал.

Я подцепляю ноготком массивный браслет его дорогущих наручных часов.

— Тут моих окладов за пару лет.

— Больше, — выдыхает Шумицкий.

— Я знаю. Я даже знаю их точную стоимость. Это тоже часть моей работы. Но мне стало интересно, поправишь ты меня или нет.

Он усмехается, а я вдруг понимаю, что главное мне удалось. Игорь забыл о своей усталости, он как будто выдохнул полной грудью и наслаждается каждым моментом. Впрочем, как и я. От офиса действительно иногда начинает тошнить, хочется вырваться на свежий воздух.

— Я же босс, — говорит Игорь. — Я должен следить, что говорят мои подчиненные.

— Мои подчиненные?

Мои брови ползут вверх.

Игорь молниеносно перехватывает мой протест и вталкивает в раздевалку. Я пытаюсь выставить руки, хотя мне сразу становится смешно, да и бороться с ловким и сильным мужчиной — так себе затея изначально. Тем более этот мужчина обдает жаром и самым наглым образом устраивает свои ладони на моей талии.

— Если я сейчас подчиненная, то это харассмент, — упрямлюсь я и отступаю от него, не выпуская из виду его лицо. — Домогательства на рабочем месте, за такое можно распрощаться с репутацией раз и навсегда…

— У меня и так скверная репутация.

— А у меня хорошая!

Черт…

Была хорошая.

Сейчас я даже знать не хочу, что шепчут за моей спиной в офисе. Хотя и понимаю, что многие это делают из зависти.

— Я только помогу тебе переодеться. — Игорь делает последний шаг и зажимает меня в углу.

— Обещаешь?

Шумицкий не успевает ответить что-то дьявольски обольстительное, потому что в раздевалку входит девушка из персонала и приносит одежду. Игорь сразу выпускает меня из рук и сухо благодарит работницу, которая выглядит смущенной. Я одергиваю свою юбку, которую Игорь уже второй раз за день почти что скрутил трубочкой, и приказываю себе успокоиться.

Надо все-таки не терять голову.

Я показываю Игорю, чтобы он оставался на другой стороне раздевалки, и смотрю на него строгим прокурорским взглядом. Он насмешливо приподнимает ладони к груди, демонстрирую капитуляцию. Хотя бы на пару часов.

Мы переодеваемся в удобные джинсы и футболки и выходим за ворота манежа. Воздух наполнен запахами сена, кожи и чего-то теплого, живого.

— Это Рэйна, а это Гром, — девушка из персонала представляет нам лошадей.

Я подхожу ближе, чувствуя самый настоящий трепет. Да, это не страх, это смесь детского восторга, любопытства и счастья. Я осматриваю лошадей. Гром — высокий, мускулистый, с горделивым изгибом шеи. Я осторожно провожу ладонью по его гладкой теплой шкуре, затем касаюсь густой гривы.

— Никогда не думала, что они такие… — я запинаюсь, подбирая слова. — Такие потрясающие.

— Они чувствуют людей, — тихо говорит Игорь.