Служебный развод - Агата Лав Страница 60

— Ты тоже, Катя.

Между нами что-то меняется. Не резко, не бурно. Но я чувствую с каждым новым словом, что нас относит все дальше от берега обычной необременительной интрижки.

— Покатаемся за ограждением? — спрашивает Шумицкий.

Я киваю, хотя не сразу понимаю, на что соглашаюсь. Я же никогда не пробовала езду верхом. Одно дело — топтаться на одном месте в загончике, а совсем другое — отправиться на прогулку. Но Игорь подзывает тренера, и они так ловко управляются в четыре руки, что я не успеваю опомниться. Игорь тоже забирается на лошадь, а тренер помогает мне.

Несколько минут я привыкаю, но уверенность постепенно приходит ко мне. Лошадка оказывается доброй и привыкшей к новичкам, она спокойно бредет по тропе, покачивая меня.

Тропинка тянется между высокими соснами, пропуская сквозь ветви редкие солнечные лучи. Лошадь Игоря тоже двигается плавно. Я украдкой смотрю на него, он держится уверенно, привычно, но в его взгляде все еще остается задумчивость.

— Так, значит, лошади помогли тебе тогда? — спрашиваю я, слегка натягивая поводья, когда наша тропа уходит под уклон.

— Они не позволяют слабости взять верх, — отвечает он после паузы. — Если ты не контролируешь себя, они тоже не будут тебя слушаться.

Я провожу ладонью по гриве своей лошади и чувствую, что шерсть теплая, шелковистая. Мне хочется сказать что-то еще, но я молчу. Интуитивно понимаю: он говорит больше, чем обычно.

— Ты привык все держать в себе, да? — замечаю я, когда лес начинает редеть и впереди показываются крыши конюшни.

— А ты привыкла вытягивать из людей больше, чем они хотят сказать?

Я улыбаюсь.

— Иногда.

Мы подъезжаем к конюшне, и я немного напряженно смотрю вниз. Ездить на лошади было удивительно, но теперь передо мной новая задача — как слезть, не грохнувшись.

— Держи поводья короче, — спокойно говорит Игорь. — И не бойся.

Я уже собираюсь послушаться, но в следующую секунду он оказывается рядом. Его ладони уверенно ложатся мне на талию, и в одно плавное движение он помогает мне спуститься. На секунду я оказываюсь слишком близко к нему, чувствую тепло его тела, запах его кожи.

Игорь не отпускает. Его руки все еще крепко держат меня, и я понимаю: дело не только в том, чтобы помочь мне спуститься. Эта прогулка что-то всколыхнула в нем. Напомнила о боли, о том, что он привык скрывать. Я осторожно кладу ладонь ему на грудь, прямо над сердцем. Оно стучит ровно, но как-то тяжело.

— Они не жалели. Просто принимали, — тихо повторяю я его слова.

Он смотрит на меня. Долго. Будто хочет сказать что-то важное, но вместо слов медленно опускает голову и касается моих губ.

И этот поцелуй совсем не похож на те, что были раньше. Он не жадный, не требовательный. Он будто пробует, ищет, могу ли я быть для него той самой точкой опоры, которой у него не было.

Но было предательство жены…

Я не отстраняюсь. Просто даю ему столько мгновений близости, сколько он готов взять.

Потом мы не спеша идем по территории, и я все больше понимаю, насколько это место особенное. Здесь пахнет свежескошенным сеном и древесной корой. Лошади за ограждением фыркают, перебирают копытами, а где-то дальше слышен тихий смех работников.

— Нужно обновить крыши, поставить хорошую вентиляцию, заменить настил, — говорит Игорь, который явно загорается идеей этого проекта все сильнее и сильнее. — А еще, Катя…