Няня для бывшего - Иман Кальби,Стелла Юсупова Страница 69

Я жмурюсь и глубоко вздыхаю.

— Я не могу понять, зачем это сделала Галина… Зачем сознательно скинулась вместе с Эльмирой… — глухо говорит Маша.

Я молчу, собираясь с силами. Теперь моя очередь открывать ей правду, от которой я и сам пока в шоке.

— Ты ведь знала, что Артур не мой, да? — этот риторический вопрос вырывается из меня почти беззвучно. Вымученно.

Маша нервно сглатывает. Потом твердо отвечает.

— Не бывает не своих детей, Амир… Этот мальчик был привязан в том доме только к тебе… Вот и всё, что тут нужно было знать…

Я глубоко дышу, чтобы совладать с эмоциями. Всё очень сложно. Больно. Неотвратимо. Как бы я хотел сейчас положить голову на ее колени и чтобы она нежно гладила меня по волосам, как делала всегда, когда я приходил задолбанный, с головной болью с работы от отца в наше гнездышко, а она забирала все мои печали и тревоги… Маша-малыш… Как же мне тебя не хватало… Я почти подыхал… Как же будет не хватать теперь… Ведь я точно умру без тебя…

— Галина оставила предсмертную записку, — сипло начинаю свой рассказ, — она не просто так оказалась в нашем доме… Она была матерью той самой девушки, которую изнасиловал Ренат… Она родная бабушка Артура.

Слова душат меня. Закрываю лицо руками и жестко тру.

— Господи, как я мог быть таким слепым. Все происходило у меня под носом, а я… Я ведь получил то, что заслужил, Маш… Пустоту. Моя нелюбовь к Эльмире отравила все вокруг. Умертвила. Я ведь даже ни раз к ее животу не притронулся, ни раз не предложил вместе поехать к врачу… Равнодушие порождает равнодушие… Если бы я смог сделать шаг к ней навстречу, может быть…

— Я сама очень долго цеплялась за это самое «если бы» и «может быть», Амир… — говорит она тихо, — но это неправильно… Нет никакого сослагательного наклонения. Это лишь попытка найти оправдание… Все именно так, как есть. Так, как мы это прожили. И самое интересное, что даже прожитое каждый из нас видит по-разному… У каждого своя правда. Свои воспоминания в сухом остатке.

Снова сокрушенно молчим, даже не пытаясь склеитьто, что разлетелось на мельчайшие осколки.

Не знаю, через сколько все-таки нарушаю горькую тишину.

— Меня всю жизнь учили бороться за семью… Ставить в приоритет семью… Жить ради семьи… А в итоге никакой семьи и не было никогда… Подумать только… Артура не с кем было оставить… Ее родню я к нему не подпущу. Исключено. Костьми лягу, но они его не получат. А у меня… Кто у меня есть, Маш? Луиза? Она несчастная, злая и чужая… Никто я. Пустой человек. Оставил сына с нанятыми людьми…

Она переводит на меня глаза. С минуту мы зависаем на горькой правде друг друга.

В дверь стучат и на пороге появляется Игорь.

— Простите, если отвлекаю, но доктор Зиттер будет готов поговорить с тобой, Маша, через десять минут.

Она дергается и машет головой с энтузиазмом.

Игорь снова окидывает меня глазами и ретируется.

— Хороший парень, бойкий… Далеко пойдет, свое не упустит, — говорю я честно, а потом, хоть и со скрежетом на сердце, искренне добавляю, — и от тебя без ума, Маш…

— Это сейчас не имеет значения, — говорит она, краснея и поправляя волосы за ухо.

Внутри все болезненно дергается. Жадно наблюдаю за ее действиями, пытаясь разгадать. Она сейчас так покраснела и засуетилась, потому что в точку попал? Ей он тоже нравится… Окстись, Амир… Ты не имеешь на нее прав…