Исповедальная петля - Игорь Патанин Страница 74

— Абсолютно. Более того, он считает себя уже частично божественным существом. В поздних записях часто пишет от имени Одина: «Я, Всеотец, повелеваю…»

Михаил изучал схемы и планы, которые составил убийца. Уровень детализации был поразительным — каждый этап ритуала расписан по минутам, каждый символ имел конкретное значение.

— А где именно находится это древнее святилище в Упсале?

— По его описаниям, под современным кафедральным собором. Он считает, что христиане специально построили свою церковь над языческим храмом, чтобы «запечатать» его. Но на самом деле только усилили его.

— И как он планирует туда попасть?

— Есть упоминания о «древних ходах», которые ведут от университета к подземному храму. Видимо, он изучал исторические планы города, археологические отчеты.

— А что с церковью святого Олафа? Почему именно она?

— По его теории, она построена на «точке силы» — месте, где особенно тонка грань между мирами. Кроме того, здесь он провел свое «четвертое очищение» — убийство вашей экспедиции. Это место теперь «освящено кровью» и может служить «вратами».

Лунд показал подробную схему церкви, нарисованную Торном:

— Смотрите — он изучил каждый камень, каждую щель. Знает все тайные ходы, все особенности архитектуры. И что особенно важно — он считает, что под алтарем находится «камень видений».

— Что это такое?

— Древний алтарный камень, который использовали дохристианские жрецы. По легендам, через него можно общаться с духами предков.

— И он хочет использовать этот камень?

— Не просто использовать — «активировать» кровью «семи стражей». В его понимании, наши смерти на этом камне откроют магический канал между церковью и древним святилищем в Упсале.

— А есть ли описание того, как именно будет проходить обряд в церкви?

— К сожалению, подробностей мало. Он пишет о «семи жертвах семи богам» и «крови, текущей по древним каналам». Возможно, планирует убить нас по очереди, в определенном порядке.

— В каком порядке?

— Судя по нумерации «печатей», первым должен умереть я — «русский осквернитель». Последним — кто-то из высшего руководства полиции.

— А между нами?

— Он не уточняет. Возможно, импровизирует в зависимости от обстоятельств.

К утру картина стала более ясной, но от этого не менее пугающей.

— Что будем делать? — спросил подошедший Эриксен.

— Нужно предупредить шведских коллег, — ответил Михаил. — Если он действительно планирует финальный ритуал в Упсале, там должны усилить охрану всех исторических объектов.

— А что с церковью?

— Усилить охрану и там тоже. Он может попытаться провести «обряд открытия пути» раньше запланированного срока.

— А мы сами?

— Остаемся под охраной до тех пор, пока его не поймают.

Но в глубине души Михаил понимал — простая охрана не поможет. Торн был слишком изобретателен, слишком мотивирован. Если он действительно хочет провести свой ритуал, то найдет способ заманить их в церковь.

И тогда останется только надеяться, что полиция успеет вмешаться раньше, чем «Исповедальная петля» затянется окончательно.

Между тем в другой части дневника профессор Лунд сделал еще одно зловещее открытие.

— Михаил, посмотрите на это, — позвал он, указывая на страницу, исписанную мелким почерком. — Здесь Торн описывает, как именно церковь становится «вратами между мирами».