Тайное книжное общество - Маделин Мартин Страница 86

Девушка оценила любезность графини. Ведь многие англичане находили аромат кофе неприятным и даже отталкивающим. А ее деверь вообще запрещал кофе в своем загородном поместье, когда Роза там гостила. Впрочем, его неготовность к компромиссам уже не удивляла ее.

Элеонора сидела напротив Розы с кусочком лимонного пирога на тарелке:

— Спасибо вам за организацию таких увлекательных развлечений, – обратилась она к леди Даксбери. – Я предвидела, что с удовольствием проведу здесь время, но это превзошло все мои ожидания.

— Я тоже всем вам благодарна, – сказала графиня. – За хорошее настроение, которые вы привнесли в Роузвуд.

Роза плотно сжала губы. «Не зайдет ли речь опять о картине?» – подумалось ей.

Но тут заговорила Лавиния:

— Мне не верится, что этим утром мы возвращаемся домой.

— Не утром, – улыбнулась леди Даксбери и отпила глоток чая. – Мы уедем из Роузвуда после обеда. А на утро у меня приготовлен для вас еще один сюрприз.

Элеонора подалась вперед в предвкушении. После уроков по самозащите с помощью шляпных булавок ее словно озарило изнутри некое свечение – пламенная уверенность в себе, окрасившая ее щеки румянцем и наполнившая глаза сиянием. Сердце Розы переполнилось: она прекрасно поняла, что значила для ее подруги эта новообретенная позитивная самооценка.

— А вы не намекнете нам, что за сюрприз? – спросила Лавиния.

— У меня есть сад, мне захотелось показать его вам, – многозначительно приподняла бровь леди Даксбери. – Он довольно необычный, однако в нем есть очень полезные растения. Но, прежде чем мы пройдем туда, я хочу предложить вам кое-что.

Графиня поставила чашку на блюдце; ее громкий звон прорезал тишину, установившуюся в комнате: все гостьи замолчали с затаенным вниманием.

— Я хочу, чтобы вы почувствовали себя здесь, как у себя дома. Представьте себе, что Роузвуд – и ваш дом тоже. При желании вы можете приехать сюда в любое время. Слуги здесь очень деликатные и почти незаметные.

Предложение свободы! Сделанное женщинам, у которых ее в последнее время практически не было. Еще месяц назад – когда она рассматривала возможность расставания с Теодором – Роза непременно бы задумалась над тем, как ей лучше воспользоваться таким подарком. Но сейчас, когда перед ней открылась новая перспектива, идея того, чтобы бросить мужа, стала казаться ей неприятной. И не просто неприятной. Одна мысль о жизни без Теодора претила и оставляла сама по себе ощущение внутренней пустоты.

А вот сидевшая напротив Элеонора напомнила Розе пугливую лошадку, готовую сорваться с места и унестись стрелой. Мышцы ее шеи напряглись, дыхание убыстрилось.

— Даже когда меня здесь нет, – обвела взглядом своих гостий графиня. – Вы можете приехать сюда на один вечер. И даже на год. Если вам потребуется убежище, где вас никто не вздумает искать. Я отдала распоряжение слугам, чтобы они были готовы принять вас здесь в любой момент и безо всяких вопросов.

Взгляд Розы остановился на Элеоноре в тот самый миг, когда та привычным жестом потянула рукава платья вниз. И прежде чем она успела вернуть розовый шелк на место, девушка увидела то, что все это время скрывала от их глаз подруга.

По запястью Элеоноры растекалось несколько темных синяков, пестревших желто-коричневыми и иссиня-багровыми оттенками и резко выделявшихся на фоне ее фарфоровой кожи. И в голове у Розы теперь все сложилось. Вот чем объяснялись тихая, застенчивая сдержанность Элеоноры, то, что она ничего не рассказывала о себе, хотя о других знала все. И ее яростные усилия в стремлении овладеть навыками самообороны с помощью шляпных булавок. «Я представляю, что мне нужно спасти сына…»