Фредерика - Джорджетт Хейер Страница 101

— Что ты имеешь в виду, Харри? – воскликнула Кэрис. – Кузен Элверстоук был к нам так добр и любезен! Ты не можешь возражать…

— Вот как? – перебил он. – Тут ты дала маху – еще как могу! Добр и любезен! Ха!

— Да, особенно к мальчикам! Может быть, ты считаешь его слишком чопорным? Он действительно производит такое впечатление, и многие говорят, что он чудовищно высокомерен и заботится только о собственных удовольствиях, но это не так – правда, Фредерика? Вспомни, как он водил Феликса в литейный цех и устроил для него посещение Нового монетного двора, не говоря уже о том, что он разрешает Джессами ездить на своей прекрасной лошади!

— Лорд Элверстоук был обязан папе, – холодно сказала Фредерика. – Поэтому он согласился – не слишком охотно – действовать в качестве нашего опекуна.

— Опекуна? Ну, мне он не опекун! – ощетинился Харри.

— Разумеется. И мне тоже, так как мы оба совершеннолетние.

— Да, но… ты не понимаешь!

— Я все прекрасно понимаю! Тебе говорили, будто он жуткий повеса…

— Быть не может! – вмешалась Кэрис с круглыми от удивления глазами. – Я думала, что повесы совсем другие! Они пытаются ухаживать за женщинами и говорят такие вещи, что краснеешь от стыда! Кузен Элверстоук вовсе не таков! Я часто думала, что он слишком строг!

— Да, вечно твердит о приличиях и распекает тебя, когда ты не ведешь себя так, словно только что вышел из школьного возраста, – с чувством сказала Фредерика. – Успокойся, Харри! Какова бы ни была репутация Элверстоука, в отношении нас он не питает никаких дурных намерений! И мы не выходим в свет под его покровительством. Он действительно пригласил нас на бал, который давал в честь своей племянницы, но представляла нас его сестра, леди Бакстид.

Харри не казался полностью удовлетворенным, но, так как в этот момент вошел Джессами, не стал далее развивать эту тему. Джессами помрачнел, узнав о причине приезда брата, но, когда Харри предупредил, что не потерпит никаких нравоучений, кивнул.

— И никаких твоих морализующих проповедей! – добавил Харри, с подозрением глядя на него.

— Можешь этого не бояться. Я не имею права никого поучать, – со вздохом ответил Джессами.

— С чего бы это? – осведомился Харри. – Только не говори, что ты тоже учинил беспорядок, старый ханжа!

— Что-то вроде этого, – буркнул Джессами, вспоминая сцену на Пикадилли.

Его сестры поведали историю с «пешеходной двуколкой» Харри, который хохотал до слез. В итоге Джессами начал думать, что все это не так уж страшно, присоединился к всеобщему веселью и рассказал брату о последствиях приключения, в таких подробностях описывая качества верховых и упряжных лошадей Элверстоука, что леди вскоре вспомнили о домашних делах и удалились.

Когда тема наконец была исчерпана, Харри признал, что со стороны маркиза было великодушно предоставить лошадей в распоряжение Джессами, и польстил брату, добавив:

— Не то что ему было чего опасаться – ты держишься в седле лучше всех, кого я знаю!

— Да, но он-то этого не знал! – наивно возразил Джессами.

Харри усмехнулся, но воздержался от комментариев. Неизвестно, как бы их воспринял Джессами, к тому же старший брат считал ниже своего достоинства дразнить парня. Кроме того, Харри хотелось побольше узнать о маркизе. Джессами был на шесть лет младше его, но Харри ценил его мнение и полагался на его способность подмечать в людях моральную неустойчивость. Если Джессами и ошибался в суждениях о ком-то, то не в сторону преувеличения чьих-нибудь достоинств.