Бывшие. Любовь, удар, нокаут - Ария Тес Страница 102

Она, она, она…

Она! Сука!

И я ее, как итог, ненавижу еще сильнее. И больно мне в разы сильнее… как тогда примерно. Нет, еще хуже. Может быть, после срыва всегда еще хуже…

— Я не буду спрашивать, что тебе снилось… — протягивает Гриша, присаживаясь в свое кресло, — И нет. Не из-за того, что я, как отец, деталей просто не переживу…

Бросаю на него взгляд. Он на меня смотрит многозначительно, будто побывал в моей башке. Вполне вероятно, проник в мой сон. Ну, судя по всему, и мне стыдно.

Перевожу глаза в пол. Краснею, как гребаная девка, но молчу. У нас с Гришей… странные отношения. Наверно, если бы кто-то меня спросил, я бы ответил, что такие отношения представлял, представляя отношения между отцом и сыном. По крайней мере, они на них максимально похожи из максимального, докуда я дотянуться могу.

Гриша бывает жестким. Он никогда с тобой не цацкается и не дует тебе в задницу, даже если ты — один, если не самый, его успешный проект.

Грише похуй.

Он руководствуется простым правилом: в этом зале все имеют равные условия. Мне кажется, так он тоже нас тренирует, а может быть, даже защищает от короны на башке. Чтобы потом потолок не чинить и бла-бла-бла. В прямом и переносном смыслах.

Но это не суть.

Суть в том, что Гриша мне, как отец, и мне перед ним стыдно.

Думается, он прекрасно понимает, что между нами с Лидой… все не так сказочно, как она любит говорить. У каждого из нас свои цели. Это любовь? Лучше бы была, ведь я здесь спокоен. Она? Нет, но не из-за меня, разумеется, и я это знаю. Я на все согласен. Внутри «нас» мне комфортно, и я согласен; Лида? Думаю, тоже.

Сейчас, обдумывая этот вопрос, в голову приходит потрясающее слово: партнерство. Вот… вот оно! Мы с ней партнеры, которые говорят друг другу вместо «сделка заключена» «я тебя люблю», и каждый знает, что есть внутри этого слова, а чего там нет. Уважение? Договоренности? Спокойствие? Да. Бури, сломанной крыши, дичайшей тяги? Нет. Я не люблю ее так, как любил Машу.

Как люблю Машу…

Черт бы ее побрал…

А лучше бы все было наоборот, ведь без Лиды я спокойно пойду дальше, о чем мы оба, опять же, прекрасно осведомлены. А без Маши?..я не могу спокойно жить, и это аксиома.

— Вас с Марией не было в Опиуме вчера, — перебивает тишину Гриша.

Я вздыхаю.

— Ну да. Не было.

— Не хочешь объяснить? Почему так?

Не хочу, блядь. Я хочу об этом забыть.

Тру лицо ладонями подольше. Понять бы, а что мне говорить, собственно? Но я не знаю. Гриша знает.

Он откидывается на спинку своего кресла (судя по его скрипу, так как я по-прежнему трушу посмотреть на своего собственного тренера), издает смешок.

— Давай разберемся, окей?

Очень бы хотелось… попробуй, че. Давай. Вдруг у тебя получится понять, что за хрень происходит и почему?..

— Ты живешь в моем спортивном зале…

— Я не живу в зале, — бубню, морщусь.

Грише похер.

— Хотя ты обещал, что так больше не будет получаться…

Он прав. Обещал. Гриша меня уже здесь ловил, потому что, собственно, здесь я и обитал все это время. Нет, ну а где мне быть-то еще?! Мою квартиру оккупировали, я туда зайти не решусь. Другой у меня нет. Может быть, стоило бы прикупить, конечно…

— …уже этого хватит, чтобы понять: отношения с Марией складываются не очень хорошо. Я прав?

Ты чертовски прав, твою мать. Я убить ее хочу. И трахнуть. Чего там больше? Сам не понимаю. Пополам как будто бы. Ровно посередине. Даже сейчас, когда ее нет рядом, я в этой середине, как на американских горках. Застрял в капсуле и мотает меня вниз-вверх, вниз-вверх.