Контракт на соблазн - Яна Шелдон Страница 115

— Я устала, Лука, — прошептала она, собираясь открыть дверь. — Устала от твоей злости, от этой лжи..

Но он был быстрее. Молниеносным движением Лука поднял её на руки, уложив на мягкий матрас. Маша ахнула от неожиданности и резкого движения, голова кружилась.

— Лука, мне не до шуток! — выкрикнула она, пытаясь отползти. — Хватит.

Но он уже нависал над ней, загораживая собой всё пространство, тело было тяжёлым.

— А мне? — снова прорычал он, но словно в отчаянии — Мне, по-твоему, было смешно?

Но Маша не сдавалась.

— Я всё знаю про тебя... — начала она, но он прервал её.

Губы грубо нашли ее рот в голодном, яростном поцелуе. Нет, это был не поцелуй. Это была метка. Его язык, глубоко и настойчиво ворвался внутрь, а руки сминали податливое тело. Что-то дрогнуло в Маше: возможно, остаточный дурман коктейлей, или знакомый, сводящий с ума запах Луки, в может, странная смесь гнева и отчаяния, которую она прочла в его глазах, - ее воля растворилась. Внутри что-то обрывалось, и пронеслась одна-единственная, горькая и решительная мысль:Одна ночь. Последняя ночь. Пусть.

Маша не сопротивлялась, её тело отвечало на его гнев встречным жаром. И спустя немного времени всё переменилось: ярость начала таять, уступая место нежности, которая обволакивала, как тёплый шёлк. Грубые поцелуи сменились медленными, глубокими, заставляющими забыть обо всём на свете. Его ладони, скользившие по её талии, опускаясь ниже, к бёдрам, и вызывая в теле Маши мурашки и лёгкую дрожь. Не сводя с неё горящего взгляда, Лука медленно сполз ниже и опустился на колени. Его пальцы мягко раздвинули её ноги, открывая взору и прикосновениям всё, что она пыталась скрыть.

Маша рвано выдохнула.

— Лука... — прошептала, но он только усмехнулся, глядя снизу вверх.

Его поцелуи были медленными, дразнящими, а руки удерживали бёдра крепко, не давая уйти от этой сладкой пытки. Язык нашёл самую чувствительную точку, обводя её лениво и неспешно. Маша резко втянула воздух, прикусив губу, но тихий стон все-таки сорвался в тишине комнаты. Губы Луки не знали покоя: то его рот жадно приникал к её губам, поглощая стон, то он снова погружался в её лоно, и язык принимался нежно, но настойчиво ласкать тугие, пульсирующие складочки.

— Боже, Лука... — пальцы впивались в его волосы, будто удерживая там, где он был нужен больше всего.

Вдруг Маша почувствовала, как его пальцы скользнули внутрь, медленно и уверенно. Продолжая работать языком и заставляя её стонать громче, Лука всё глубже входил в неё пальцами: то медленно вытаскивал их, то снова дразня языком, будто сводя с ума. Заставляя Машу забыться и зажмуриться от наслаждения.

— Открой глаза, — приказал он тихо.

Маша раскрыла глаза. Лука снова и снова двигался в неё, глубже и настойчивее, не давая ни секунды передышки.

— Не останавливайся... — выдохнула она, дрожа всем телом, — пожалуйста...

— Проси ещё.., — потребовал он, не замедляя движений.

— Лука! — её голос сорвался на крик, тело задрожало и внутри что-то в момент взорвалось. Маша словно была в этом блаженном безумии, пока она полностью не обмякла.

Лишь тогда он отстранился, медленно поднялся, и глубоко поцеловал её. Взгляд был тёмным и голодным.

— Лука... — прошептала я, облизывая свои губы, на которых ещё оставался вкус, — а как же ты?