Шрам - Эмили Макинтайр Страница 12

Следом за ней идет хрупкая леди с волосами цвета песка – та самая, с которой Битро приехала в замок. Случайно она спотыкается и наступает на подол платья моей будущей невестки, отчего они обе замедляют шаг.

Леди Битро недоуменно смотрит на компаньонку, однако раздражение быстро скрывается за ласковым, притягательным взглядом, от которого у меня по позвоночнику пробегают мурашки, все больше возбуждая мой интерес.

Который только усиливается, когда она останавливается перед моим братом, делает глубокий реверанс и опускается в кресло подле него. Майкл смотрит на нее сияющими глазами, выгибая губы в улыбке.

Она ему нравится.

Отойдя от затемненной стены, я направляюсь к свету – причем передо мной расступаются так же, как и перед леди Битро, только на этот раз с испугом и шепотками.

Люди обходят меня стороной, опасаясь последствий, которые могут наступить, окажись они у меня на пути.

О принце со шрамом знают во всем королевстве, и пусть большинство из слухов – чистой воды выдумка, в некоторых из них все же присутствует намек на правду. К тому же я давно убедился, что чем больше меня боятся, тем меньше на меня смотрят.

А сейчас именно этого я и хочу.

Стоит мне приблизиться к помосту, как лицо брата тотчас искажается. Каждой клеточкой своего существа я понимаю причину: он не ожидал и не хотел моего появления. И это нежелание вполне объяснимо: люди, может, и с опаской глядят в мою сторону, но все они смотрят на меня, а не на него.

Я сажусь рядом с ним в бархатное кресло с высокой спинкой, забрасываю ногу на ногу и всем своим видом изображаю скуку.

— Вот уж не ждал, что ты почтишь нас присутствием, Тристан. Решил познакомиться с будущей королевой? – язвит Майкл, указывая на леди Битро, сидящую по другую сторону.

Я поднимаю глаза, встречаюсь с ней взглядом – от этого контакта в груди появляется тяжесть. С однобокой улыбкой я протягиваю руку через колени брата – такой жест по отношению к королю считается неприличным, и отчасти я даже удивлен, что Майкл не препятствует. Впрочем, своим негодованием он привлек бы ненужное внимание, а для него это негоже, ибо прилюдные сцены никак не вяжутся с его харизмой.

Какое-то время она просто смотрит на мою руку, но потом все-таки вкладывает свои пальцы в мою ладонь. Слегка удивленный, я подношу ее руку к губам и нежно целую тыльную сторону.

— Приветствую, дорогая сестра.

— Не спугни девушку, – усмехается Майкл, – а то она убежит, и двух недель не пройдет.

— Сара, – представляется она, пропуская высказывания моего брата мимо ушей.

Я выгибаю бровь.

— Можете называть меня Сарой. Ведь совсем скоро мы станем семьей.

На ее лице играет улыбка, однако в глазах я не вижу и намека на радость. Даже любопытно – почему?

— Милая, не стоит растрачивать себя на любезности с Тристаном, – вклинивается Майкл. – Скоро он исчезнет в той сточной канаве, где так любит резвиться, и даже не вспомнит вашего имени.

Я стискиваю зубы, гнев бурлит в крови, обжигая вены.

Сара наклоняется – теперь верхняя половина ее тела почти полностью находится на коленях Майкла.

— Вы делаете мне больно, – произносит она, пронзая меня насквозь своими карими глазами.

Опустив голову, я понимаю, что по-прежнему держу ее за руку, причем с такой силой, что ее пальцы уже побелели.