Плохая фанатка - Тесса Бейли Страница 14

Он словно впервые глотнул воздуха, пробившись сквозь толщу воды.

Ее прямота была кислородом.

Но дышать им было так страшно.

— Думаешь, сможешь лучше? Оказывается, ты у нас профи?

— Может, и нет, но…

— Вот именно, нет. Потому что тогда бы ты знала, что, когда теряешь удар, вернуть его – все равно что искать иголку в стоге сена. Я пробовал, Джозефина. Бывает так, что в один момент игрок точно знает рецепт успеха, а в другой напрочь его забывает. Вот почему никто не может побеждать вечно. Поражение в гольфе – это вопрос времени.

— Ты искренне так считаешь или просто придумываешь отговорки, чтобы бросить играть?

— Мне они на хрен не сдались.

— Ну так иди.

— О, не волнуйся. Еще как уйду.

Но он не сдвинулся с места. В голову пришла самая идиотская, самая безрассудная идея за всю его жизнь, и чем больше он о ней думал, тем больше кислорода вдыхал. Ее кислорода. Она была бесконечным запасом, стоявшим прямо перед ним, и, господи, он не мог просто уйти, зная, как тяжело ей будет справляться в одиночку. Уэллс понимал, что мысль об этом будет преследовать его день и ночь – об этом… и о ее губах. Боже, эти губы. Такие притягательные в своем упрямом изгибе. Он никогда еще таких не встречал.

«Умоляю, только не выскажи эту идею вслух».

Все равно у него бы не получилось. Шансов практически не было.

И все же…

И все же, возможно, еще хоть раз он ударит по мячу без оглядки.

— Так давай, докажи, что умеешь. Если я вернусь в гольф, если мне разрешат вернуться – становись моим кедди. Раз ты у нас такая умная.

Джозефина застыла как статуя.

— Погоди… что? Ч-что ты сейчас сказал?

— Ты слышала. Следующий этап турнира пройдет в Сан-Антонио. Ты в деле? – Он скрестил руки, прячась от ее шока. Да и от своего тоже. – Если не хочешь брать у меня деньги – можешь их заработать.

Она отступила от него, часто дыша.

— Ты издеваешься?

— Давай кое-что проясним, Белль. Со мной о таких вещах можешь даже не думать. Я не вру и над людьми не издеваюсь. Тем более над тобой.

Шею обожгло жаром.

Черт.

Не стоило этого говорить.

— Допустим, стану я твоим кедди, – милосердно сказала она. – Но тогда между нами не должно быть секретов. Кедди для гольфиста – это шофер, тренер и священник в одном лице.

— Значит, ты согласна? – затаив дыхание, хрипло спросил Уэллс.

— Я… – Она оглядела затопленный магазин, будто искала человека, который отговорил бы ее от этой безумной затеи. – Ну, если только с одним условием.

— Валяй.

— Я не стану твоим вечным кедди. Как только заработаю на ремонт магазина, я…

Уэллс ждал продолжения, но она молчала.

— Что, не можешь даже подумать про увольнение?

Она поморщилась.

— Я хотела сказать, что вернусь домой.

— Ясно. Это все?

Зеленые глаза уставились ему прямо в душу, и он ощутил всю тяжесть того, что она хочет сказать.

— Я серьезно, Уэллс. Не надо меня жалеть, ясно? Меня и так всю жизнь опекали из-за диабета. Я не калека. Если мы договариваемся, то только потому, что это сотрудничество пойдет на пользу не только мне, но и тебе тоже.

Он не знал, так ли это: раньше попытки вернуться в строй оканчивались провалом, так с чего бы сейчас получилось? Но он готов был унять свою гордость. Черт, да он сам не хотел, чтобы она воспринимала его предложение как подачку калеке.

— Договорились.