Преподаватель - Юлия Хокка Страница 145

— А дальше что было?

— Что-что! – Она всплеснула руками. – Начали, как вы говорите, встречаться. Потом съехались, в общежитии в одной комнате жили. Расписались и сразу мать твою родила. А он по-черному пить начал, руку поднимал, все битые ходили.

— Почему ты от него не ушла?

— Куда? – Бабушка глянула на меня так, что сразу все стало ясно. Видимо, в те времена так было не принято.

— Ну да. И потом дедушка умер?

— Сначала ушел к бабе какой-то жить, бухали вместе. У нее там и помер. Не знаю даже, где похоронили. Мать твоя тогда уж в пятый класс пошла.

— Каким дедушка был, когда не пил? – пользуясь моментом, пока мне что-то рассказывают, решила спросить я и сделала пару глотков чая.

— Каким-каким, обычным, – снова нервно отозвалась бабушка. – Как все. Работящий, молчаливый. Рисовать любил иногда.

— Рисовать? – Прежде никто мне об этом не говорил. – А сохранилось что-то?

— Что? Каляки-маляки его? Да где уж там! Нет, конечно.

— Жаль… Бабушка, – аккуратно решила поинтересоваться я, – а ты любила его?

— Да какой там, – она резко махнула рукой, – работать надо было. А когда пить начал, там уж… Ладно, у меня сериал небось уже начался. Ты есть еще будешь что?

— Нет.

— Уберешь тогда все.

Опершись на стол, бабушка тяжело поднялась со стула и, забрав оставшийся кофе, ушла в комнату.

А я осталась сидеть в тишине. Не хотелось ничего делать.

Да, трудная у бабушки вышла жизнь. Неудивительно, что она стала таким жестким человеком. И тем не менее по-своему с добром в сердце – меня-то не бросила и игрушки мне в детстве покупала, и книжки, и шоколадки. В цирк ездили, в зоопарк… Она старалась, как могла. Любила, как умела. И до сих пор по-своему заботилась, желала для меня лучшей жизни, хоть и доносила это часто не самым приятным образом.

Вымыв посуду и убрав остатки еды, я ушла к себе в комнату. Домашнее задание само себя не сделает.

Глава 34

Олег Сергеевич

Доброе утро. Если приедешь сегодня раньше, зайди в деканат перед парой.

Я уставилась в экран, невольно замедляясь, что совсем не понравилось спешащему потоку людей. Меня даже кто-то случайно или специально задел плечом. Очнувшись, я дошла до эскалатора и, запрыгнув на ступеньки, набрала ответ.

Олеся

Здравствуйте, хорошо, я скоро буду. Что-то случилось?

Конечно, первой мыслью было, что Шефер ищет какие-то ведомости, может, наши зачетки или еще что-то по учебной части и не может найти. Но в таком случае логичнее написать Злате. Впрочем, он же знал, что я тоже работаю в деканате…

По какой-то причине Олег Сергеевич мое сообщение прочитал, но не ответил. Я периодически проверяла диалог по пути до универа, но в Сеть он больше не заходил. А хотелось понимать, на что настраиваться.

Войдя в здание, я чуть отошла от двери в сторону и достала из сумки зеркало, чтобы убедиться, что выгляжу нормально.

Несмотря на работу с психологом и портрет, авторство которого присвоила себе Маринка, перед встречей с Шефером снова возникла нервозность. Я отпустила его, приняла отказ, переместила вектор внимания с поиска того, кто кинул бы мне спасательный круг, на себя, на развитие гармоничных отношений с собой, на осознание своей уникальности, на понимание, что заслуживаю любви и не виновата в том, что Паша и Олег Сергеевич меня оттолкнули. Но, к сожалению, чувства по щелчку пальцев не отключаются. Неравнодушие к Шеферу никуда не делось, оставалось научиться жить с этим, не переживая и не изводя себя. И вроде получалось, но с переменным успехом.