Две стороны одной измены - Полина Рей Страница 15

Я могла соврать ей. Им обеим. Не впутывать в это бабушку и дедушку девочек и действительно принять решение просто отпустить Тимофея и забыть обо всём, как о страшном сне.

Хотя бы попытаться это сделать…

Но я понимала: не выйдет. Ложь всегда порождает ложь. И рано или поздно я обнаружу себя завравшейся настолько, что стану смотреть в глаза своей матери и не понимать, где истина, а где блеф.

И нет – я себе такого не позволю.

— В обмен на вашего дедушку Алексея, Кристина, – удивительно спокойным голосом ответила я.

После чего добавила, глядя прямо в лицо изменщика, на котором проступили пятна:

— Потому что у него тоже была вторая семья. И Альбина – моя сестра, о которой я ничего не знала до сегодняшнего дня.

Я не ожидала, что когда-нибудь в моей жизни наступит тот момент, который принесёт настолько острый негатив в мою сторону от мужа. Теперь в его глазах полыхала не просто ненависть… Он буквально прожигал меня взглядом, словно я только что отняла у него едва ли не всё.

— Я ненавижу эту вашу взрослую жизнь! – истерично выкрикнула Кристина, которая держалась из последних сил. – Ненавижу вас всех!

Вскочив, она устремилась прочь из кухни, пока Вика вновь стала всхлипывать. Так жалобно и горько, что у меня разрывалось сердце каждое мгновение. Но я не жалела о том, что случилось… Не сокрушалась по поводу того, что была не сдержана.

— Довольна? – прошипел Тимофей, в глазах которого появилось ещё и мрачное удовлетворение.

Дескать, ну что? Нашлась тут мать года, издевающаяся над своими собственными детьми.

— Нет, Васин. Я не довольна. И не успокоюсь вплоть до момента, пока вы с моим отцом не расплатитесь передо мною за то, что натворили.

Ледяной тон, которым я произносила эти слова, давался мне легко и просто. Пусть Тим соберёт свои вещи и свалит, и вот тогда я позволю эмоциям взять над собой верх. Мы с девочками всё обсудим втроём, без этого отравляющего и пышущего миазмами лжи присутствия Тимофея. Который думал о себе в первую очередь, а потом уже о тех, кто должен быть особенно дорог.

— Что ты имеешь в виду? – потребовал он ответа, сложив руки на груди.

По Вике, что тихо плакала рядом со мной, муж скользнул равнодушным взглядом. И я видела, что он словно бы опасается. Вот только бы понять, чего именно?

— Я подумаю об этом, когда останусь одна с детьми. Кажется, мы обсуждали тот факт, что ты сегодня собираешь вещи и уезжаешь к новой семье?

Васин продолжал сканировать меня взглядом, который, судя по всему, был призван уничтожить всех неугодных навечно. И хотя я понимала, что это невозможно, приятного от присутствия Тима и этих взоров было мало.

— Да, Лена, именно так я и поступлю, – наконец, проговорил он. – И знай, что сейчас ты совершила просто гигантскую ошибку!

Что под этим подразумевалось, бросаться и выяснять я не стала. Тем более, что и Тимофей выскочил из кухни, словно она превратилась в душную клетку.

Я же повернулась к дочери и предложила:

— Давай умоемся… И когда твой папа уедет, мы с тобой и Кристиной сядем и поговорим.

Вика кивнула и мы с ней отправились в ванную. Пока дочь умывалась, я чутко прислушивалась к тому, что происходило в квартире. И до меня доносились лишь звуки сборов Васина. Он нарочито шумел, даже выматерился пару раз.

Пусть выказывает своё раздражение сколько влезет! А потом забирает шмотки и валит ко всем чертям! Ведь то, что ещё утром казалось катастрофой, сейчас воспринималось чуть ли не благом.