Отель с неприятностями - Ася Лавринович Страница 15

Мы с Никой переглянулись. В комнату проникал серебристый свет от луны, и мы отлично друг друга видели.

— Что, прости? – все-таки переспросила Ника вполголоса.

Галчонок повернулась к нам и повторила:

— Герман. Этого парня зовут Герман.

— Да хоть Герасим! – не сдержалась я. – Почему он ко мне привязался, не знаешь?

— Надеюсь, ты напоследок высказала все, что о нем думаешь? – спросила Ника.

— Я показала ему язык.

— Очень по-взрослому! – вздохнула подруга.

Галя снова подала тихий голос:

— Девчонки, я понимаю, вам хочется все обсудить, но завтра так рано вставать…

— Мы тебе мешаем? – спросила Ника.

Галчонок принялась смущенно оправдываться:

— Нет, вы не подумайте, я рада, что у меня теперь есть соседки по комнате, одной здесь было неуютно ночевать, особенно осенью. Но работа и будильник…

— Конечно-конечно! – кивнула я и красноречиво посмотрела на Нику. Не хотелось доставлять Гале дискомфорт. Свалились на ее голову.

Мы с Никой откинулись на подушки и ненадолго притихли. Я уставилась в потолок, по которому гуляли тени от веток за окном.

— А этот Герман, – все-таки не выдержала я, – кто он такой? Я сначала решила, что тоже постоялец.

— Герман – сын Полины Сергеевны, – сонным голосом отозвалась Галя.

— Что-о? – протянули мы с Никой и, не сговариваясь, подняли головы.

— Ну да, – неохотно принялась объяснять Галя, – Герман подставил тебя не нарочно… наверное. Он хотел вывести из себя Полину Сергеевну.

— А кто его отец?

— Откуда мне знать? Но, кажется, родители Германа давно в разводе.

— Но для чего ему донимать маму? – не понимала я.

Галя неожиданно хихикнула.

— А он ее всегда тиранит. Ему не нравится, что в выходные после учебы он должен тусоваться здесь, а не в городе. Полина Сергеевна постоянно нагружает его работой в качестве наказания и постоянно к нему цепляется. Если вам кажется, что Полина Сергеевна строгая, то вы еще не видели ее в плохом настроении.

— Не знаю, с Лариком она очень даже дружелюбна, – припомнила я.

— Может, она в него влюблена? – предположила Ника, и мы, не сговариваясь, рассмеялись.

— Ага, поэтому и определила его в свои замы, – подключилась я. – Уж точно не за великие заслуги. Скорее, за ясные глазки и шикарный маллет!

— У-у-у! Запахло ночными сплетнями!

— Девчонки, – захныкала Галя, – ну пожалуйста, давайте спать! Завтра мне спасибо скажете, когда по будильнику придется вставать на планерку.

Мы примолкли. Я закрыла глаза и попыталась уснуть, но почему-то перед глазами все время возникало лицо Геры. Вспоминала, как мы сидели с этой дурацкой фруктовой тарелкой в полутемном коридоре, и приятный терпкий древесный запах его парфюма… Вот зачем мы заговорили об этом парне перед сном? Будто мало мне впечатлений на сегодня. Если честно, так хотелось переспрашивать Галю о Германе и его матери: на кого он учится, почему вообще торчит каждые выходные в этом отеле, хотя с первого взгляда было понятно, что в городе у него совсем другая жизнь. Но я сдержалась. Не хватало еще выглядеть заинтересованной. А когда мысли наконец начали путаться и уплывать куда-то далеко, голос подала Ника:

— Интересно, а в этих лесах есть волки?

Мне захотелось треснуть подругу за то, что спугнула мой долгожданный сон.

— Вообще-то весной я слышала, как кто-то воет в лесу, – огорошила нас ответом Галя.