Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье - Ольга Обская Страница 157

На одной — они с Полем кружились в вальсе. Она — в лёгкомысленном костюме одуванчика,её белые пушистые “парашютики” сияли в свете сотен огней. Он — весь в чёрном, строгий и загадочный, с белоснежным цветком кофе на лацкане. Маска, украшенная кофейными зёрнами, придавала его облику почти королевскую таинственность.

Натали улыбнулась, вспомнив, как на них тогда смотрели гости бала: кто-то приветливо, кто-то с лёгкой завистью, кто-то с искренним восхищением. Но для них не существовало ни залитого светом зала, ни толпы масок, ни сотен глаз. Счастливые и влюблённые, они танцевали, будто мир за пределами их пары перестал существовать.

На соседней фотографии — совсем другая сцена. Живое веселье и солнечная энергия. Изабель в костюме подсолнуха: яркая, сияющая, смеющаяся так заразительно, что глядя на снимок, тоже хотелось улыбнуться. Её кружил кавалер в костюме цветка какао — Себастьян, сияющий от гордости и счастья. А чуть в стороне, с умилением глядя на их пару, стоял “баклажан” — отец Изабель.

Фотография уловила забавный миг: Леопольд ещё ни о чём не подозревал, а к нему уже стремительно неслась разъярённая дама в алом костюме мака.

Натали прыснула со смеху.

— Помнишь, как бедный месье Леопольд увёртывался от Боше?

— Угу, — кивнул Поль, — и как он потом жаловался, что его костюм оказался самым опасным на балу.

Мадам Боше в ту ночь несколько раз попала в кадр зоркого Эмиля Бельфуа. Он не упустил ни одного яркого момента её баталий с маскарадными овощами. Газеты потом ещё неделями смаковали её нелепую и комичную охоту на “баклажанов”, сопровождая фото едкими фразочками.

Публика дружно хохотала над карикатурами. Боше стала всеобщим посмешищем и боялась появляться в приличных домах.

Натали вспомнилось, как вскоре после бала мадам сняли с должности главы общества “Благовоспитанности и устоев”. Провели аудит и обнаружили крупную недостачу. Может быть, именно поэтому она так отчаянно пыталась завладеть Вальмонтом. Но вместо триумфа получила позор.

Говорили, что её долги покрыл какой-то благодетель. После этого мадам уехала к дальней родственнице в глушь. И про неё быстро забыли…

Натали перевернула страницу альбома, и её взгляд упал на ещё одно фото с того незабываемого бала.

На снимке Лизельда сияла так, словно в тот вечер именно для неё светились все люстры танцевального зала. В руках у неё была массивная, даже слегканесуразная по размерам статуэтка грифона с расправленными крыльями. Натали невольно улыбнулась:

— Вот это был момент!

Судейская коллегия выставки цветов почти единогласно — при одном воздержавшемся — признала композицию Вальмонта самой интересной и выдающейся. Публика неистово аплодировала в знак согласия. А Лизельда изо всех сил пыталась удержать свой громоздкий приз в руках.

Натали тогда терялась в догадках, кто придумал сделать награду такой внушительной и что Лизельда будет с ней делать. Однако садовница нашла грифону применение. Разбила в одном из новых павильонов оранжереи фонтан и пристроила крылатого красавца на бордюр.

Но это случилось много позже, а в тот день Лизельду ждал ещё один подарок от мэрии — за лучший костюм. Судьба этой награды оказалась весьма забавной. Градоначальник Бужоне был уверен, что “хищная лиана” в роскошном и смелом исполнении — это королева.