Слабонервным не входить! - Наталья Юнина Страница 19

— А что с ней не так?

— Даже не знаю. Может быть, из-за отсутствия косметики и наличия в ней плоскогубцев, молотка, скальпеля и пузырька со святой водой?

— Ну не труп же.

— Действительно. Ладно, давай так. Ответь мне на вопрос, как ты привлекаешь внимание мужчин?

— Я им подмигиваю.

— Как?

— Вот так, – демонстрирую максимальный размах подмигивания.

— Ты выглядишь как женщина, переносящая в данную секунду инсульт, – вот же ж собачий сын. – После увиденного, я просто обязан выдать тебя замуж.

— Я туда больше не собираюсь, так что можете не стараться. Вы же хотели интимный массаж. Так, Александр Владимирович? Тогда снимайте штаны.

Тянусь к своей аптечке и достаю из нее перчатки. Под внимательным взглядом Полуянова, надеваю их на руки.

— Почему штаны еще на вас? Как мне делать вам интимный массаж?

— Для начала, Наталья Евгеньевна, я хочу понять, что будет в себя включать интимный массаж.

— Для начала помоем вашу пыску...

Глава 7

Сказать, что сорокалетний мальчик Сашенька удивлен – ничего не сказать. Он переводит взгляд на пузырек со святой водой, а затем усмехается.

— Я свой писюн мою сам. Уже лет так около сорока.

— Спасибо за столь ценную информацию, но я вас об этом не спрашивала.

— Зато собралась мыть.

— Да, потому что не могу смотреть на вашу грязную пыску, – если до этого он был просто удивлен, то теперь в полном ахере.

— Знаю, что пожалею об этом, но все же спрошу. С чего ты решила, что я грязный?

— Ну а вы себя видели? Вся пыска грязная. Ну, шоколадная.

— Это что за шоколадные намеки на моей…пыске, Наталья, мать твою, Евгеньевна?

— Почему намеки? Ваша пыска коричневая. Пойдемте, покажу.

Нравится ли мне видеть на лице Полуянова микс из озадаченности, удивления и полного шока? Однозначно. Он малость в загрузе, чем я и пользуюсь, потянув его из-за стола за руку. Подвожу к зеркалу.

— Видите, какая у вас грязная пыска. Вся в шоколаде.

— Пыска?

— Ну да. Пыска это мордочка по-белорусски. А вы что подумали?

— Что батьки на тебя не хватает.

— А о грязной мордочке нет?

— Ну, разумеется, я подумал о своей морде, Невменько.

— Ну, раз подумали, Александр Вовович, тогда вытирайте.

Полуянов принимается стирать салфеткой застывший шоколад. Я же подхожу к столу и достаю из своей аптечки вазелин.

— Отмыли пыску? – не оборачиваясь интересуюсь я, пытаясь не засмеяться.

— Ты сейчас у меня на хрен пойдешь, Невменько.

— Кстати, о хрене. Раздевайтесь, Александр Владимирович. Вы же сами хотели интимный массаж. Раньше начнем, раньше кончим.

Полуянов подходит к столу и завороженно смотрит на то, как я поправляю перчатки, а затем зачерпываю пальцем вазелин. Жаль, что я не обладаю способностью фотографировать глазами. Очень бы хотелось запечатлеть на память выражение лица Вововича.

— Зачем тебе вазелин?

— Для массажа. Вы хотите быть в каком положении при массаже? Стоя с опорой на диван? Или, может быть, в коленно-локтевой позе? – Полуянов кривит морду, нахмурив брови. – Поняла. Не нравится. Тогда лежа на боку с подтянутыми к животу коленями? – готова поклясться, что Полуянов живенько представил сию картинку в своей голове. И она ему явно не понравилась.

— И какой массаж ты собралась мне делать?

— Массаж простаты. Самый что ни на есть интимный из имеющихся. Снимайте штаны, Александр Владимирович.