Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю Страница 209

— Мам, я хотела сказать…

— Нет, теперь ты послушай меня! – перебивает она. – Твое счастье, что мы все горим желанием познакомиться с Мэтью, иначе прощения тебе не было бы. Напиши мне, что он любит на завтрак и понравилось ли ему меню банкета. Нам всем хочется, чтобы он почувствовал себя как дома. Ричард всем в городе уже растрезвонил, что вы приедете вдвоем с Мэтью…

Сколько еще раз она собирается проорать его имя? Если вначале и был какой-то призрачный шанс, что заинтересованное лицо не обратит внимания, несмотря на децибелы, от которых лопаются мои барабанные перепонки, то теперь пиши пропало.

— Вы там мне, что ли, косточки перемываете? – словно в ответ на мои мысли, негромко спрашивает Мэтт, непринужденно опираясь на стойку.

Невероятно красивый в темно-сером спортивном костюме и с растрепанными после секса волосами.

— Нет-нет. – Я плотно прикрываю микрофон ладонью и скалюсь в фальшивой улыбке. – Мэтью – это мой троюродный брат.

— Грейс, Мэтью сейчас, случайно, не рядом с тобой?

Проклятье!

— Не… – мычу пересохшим горлом, но она меня не слышит.

— Включи громкую связь, я с ним сама поговорю!

Боженька Джим Керри, ты мне за это заплатишь!

— Мам, у нас времени в обрез, работать надо…

— Никаких отговорок. Две минутки беседы с твоей матерью еще никого не убили. Ты дашь мне с ним поговорить или нет?

Блин! Блин! Блинский блин!

Мэтью, сообразивший, должно быть, что мне грозит немедленный самоподрыв, подходит и осторожно вынимает телефон у меня из руки. После чего, не представляя, во что ввязывается, тапает по иконке громкой связи.

— Добрый день, миссис Митчелл, это Мэтью.

— Ой, Мэтью! – переходит на чириканье Сержантка, мигом преобразившись в киношную сладенькую мамочку, вяжущую на досуге носочки непослушным чадам. – Как я рада с тобой познакомиться, хотя бы по телефону, – щебечет она в стиле «Милая пухлая клуша». – Ждем не дождемся увидеть тебя воочию!!! Просто от нетерпения сгораем! Грейс, наверное, тебе наговорила, что семья у нас весьма многочисленна и несколько эксцентрична, но Митчеллы с радостью примут тебя в свои объятия! Далеко не все мы сварливые буки, как наша Грейси-Трейси!!!

Децибелы вновь зашкаливают, а за перерасход восклицательных знаков любой редактор подал бы на нее в суд.

— Ну мам! – пытаюсь я ее образумить, но она, как всегда, меня игнорирует.

— Аналогично, – осторожно говорит Мэтт и смотрит на меня так, будто спрашивает, что ему отвечать.

— Клэри рассказала, что твои вкусы в еде весьма специфичны, и я хотела бы приготовить вегетарианскую версию блюд, если ты не против…

— Не нужно, миссис Митчелл, – торопливо вставляет Мэтт. – Как известно вашей дочери – не Грейс, а другой очаровательной особе, с которой я имел счастье познакомиться на День благодарения, – я питаюсь преимущественно вегетарианской едой, но время от времени позволяю себе поблажки. Так что не стоит из-за меня беспокоиться, хотя я крайне благодарен вам за заботу.

— Истинный джентльмен! Мы явно с тобой поладим, – восторженно говорит мама. – Ну, теперь я вас оставлю. Вам предстоит еще собрать тяжеленькие чемоданы. Кстати, снегу навалило три фута, так что Рождество будет белым во всех смыслах. Ждем вас с распростертыми объятиями и разожженным камином, – заканчивает она в своей неподражаемой манере.