Заложница дьявола - Аделина Жемчужева Страница 214

Я чувствовала. И впервые за долгое время была рада этому.

Да, он поднимал на меня руку. Возможно, я сама провоцировала его. Я с детства была упрямой — отец тоже наказывал меня за это. Но даже зная всё это, я не могла представить свою жизнь без него.

Глава 40: Разлука

«Разлучаться с ним было самой тяжелой пыткой, хотя я и ненавидела его за всё, что он со мной сделал. Но в этот момент я осознала, как он стал частью меня, как его отсутствие оставляет пустоту, которую ничем не заполнить. И даже если он причинял мне боль, его присутствие было смыслом моей жизни.»

В последние дни между нами творилось безумие. Он занимался со мной сексом снова и снова, не выбирая места — в коридоре, на столе, где угодно. Хватал меня резко, неожиданно, как будто хотел запомнить каждый миг. И чем больше времени мы проводили вместе, тем сильнее я к нему привязывалась.

А сегодня пришло время расставания.

Он уезжал.

Я не знала, когда увижу его снова, и с трудом сдерживала слёзы, ощущая внутри пустоту, которая с каждой минутой становилась всё глубже.

Меня одевали наложницы. Они настаивали, чтобы я надела траурное чёрное платье — по традиции так полагалось провожать воина, уходящего на войну. Но я ослушалась. Разгорелся спор, но в итоге платье было белым. Мне было важно, чтобы он запомнил меня именно такой — красивой, а не скорбящей.

Спустившись в зал, я заняла своё место рядом с Аэрином, который тоже пришёл проститься с братом. Вдоль стены ровным строем выстроились наложницы — все в чёрном, словно у нас не прощание, а похороны.

Я украдкой скользнула по ним взглядом.

Ревность саднила внутри.

Зачем ему прощаться с ними? Они могли бы обойтись и без его внимания.

— Переживаешь? — тихо спросил Аэрин, наклоняясь ближе ко мне.

— Ещё как, — я краем глаза посмотрела на наложниц, которых было слишком много.

— Думаю, он вернётся.

— Я тоже… — попыталась улыбнуться, но внутри всё горело от боли. Хотелось разрыдаться, но я сдерживалась изо всех сил.

И вот наконец в зал вошёл Эмир.

Он двигался уверенно, сдержанно, словно уже держал в руках победу. Высокий, сильный, облачённый в чёрные доспехи, он выглядел так, будто уже прошёл через сотню сражений и вышел из них непобеждённым. Свет из высоких окон отражался в металлических пластинах его брони, подчеркивая грозность его облика.

Я не могла отвести глаз.

Каждое его движение, каждый шаг источал мощь и уверенность. Он был воплощением силы, человеком, которому суждено покорять и властвовать.

Я сжала руки в кулаки, чтобы не броситься к нему,не уцепиться за него, как за последнюю надежду.

Эмир сделал несколько шагов вперед и подошел к Аэрину. Они переглянулись, затем его рука крепко сжала плечо брата. В этом простом жесте было больше, чем слова могли передать. Безмолвное обещание, признание, прощание.

— Береги себя, брат, — тихо сказал Аэрин, и Эмир кивнул, хлопнув его по плечу.

Но вот его взгляд опустился на меня. Я затаила дыхание. Он шагнул ближе, и я почувствовала, как его аура силы накрыла меня.

— Упрямица, — пробормотал он, оценивающе оглядев мой белый наряд.

Я хотела что-то сказать, но не успела. Его руки скользнули по моему лицу, обхватили его, и в следующую секунду его губы накрыли мои. Это был не просто поцелуй. Это было клеймо. Запрет, предупреждение, притяжение.