Ковбой и зубная фея - Хелена Хейл Страница 27

— Меня все устраивает.

— Ты ведь обожаешь Вайоминг. Как бы ты хотела жить, если бы была возможность переехать?

— Ну… Я бы хотела свой дом, может, даже ранчо. Хотела бы двух лошадей, чтобы кататься с кем-нибудь… То есть кататься с Фином… Правда, он боится лошадей… В общем, помимо лошадей, небольшой огород и сад, а еще террасу, на которой можно было бы разжигать костер. Проводить на ней вечера с друзьями или тихие романтичные ужины с кем-ни… с Фином. И чтобы папа приезжал каждые выходные! Хотела бы летом скакать на лошади через каньоны в поисках следов индейцев и рейнджеров. Иметь свой стоматологический кабинет в нескольких минутах езды от дома и принимать только «своих». А потом… Потом бы хотела родить дочь и воспитывать ее свободной, уверенной в себе, самостоятельной и доброй…

Я затихла, Коул не издавал ни звука. Пока я говорила, мысли приобрели краски, словно оживились – позволили на секунду прожить эти мгновения наяву. Впервые было так больно возвращаться в реальность. И хуже всего то, что я понимала: Фина в этой картине не было. Зато были вьющиеся черные волосы, темные глаза. Там звучала гитара и треск костра.

У меня явно обморожение. Мы знакомы пару дней, узнали друг друга по-настоящему и вовсе час назад, а я уже грежу о совместном будущем.

— Звучит очень похоже на мою мечту, – прошептал Коул.

Я приподняла голову, коснувшись носом его подбородка. Наши губы были так близко, и, чтобы получить желаемое, оставалось всего-то податься вперед, но я так не могла. Зато смог он. Коул осторожно коснулся моих губ, и я обмякла в его руках.

Нет. Нельзя. Фин.

— Извини, – тут же отстранился он. – Не сдержал обещание.

— Кажется, я не чувствую ног, – поторопилась я сменить тему.

— Слушай, есть у меня одна идея.

— Звучит как начало чего-то очень безрассудного…

— Раз я касаюсь ногами сосны, то смогу спрыгнуть и ухватиться за верхушку, а потом осторожно спуститься вниз. Добегу до ближайшей помощи.

Я в шоке отпрянула:

— Нет! Коул, умоляю, не оставляй меня здесь одну! Пожалуйста!

— Тихо, крошка, тихо, – он обхватил мое лицо ладонями, – посмотри, здесь недалеко! Я точно за что-нибудь да зацеплюсь, в крайнем случае ветки замедлят падение – ничего плохого не случится. Быстро сбегаю за помощью – и все.

— Нет! – образ меня в одиночестве в этой ледяной кабинке, в полной тишине, нарушаемой лишь волчьим воем, вызывал паническую атаку. – Коул, пожалуйста, не уходи. Эва получила сообщение, наверняка совсем скоро мы поедем.

Коул долго всматривался в мои полные страха и мольбы глаза, а после снова прижал к себе.

— Подождем еще минут пятнадцать.

Я кивнула. Коул расстегнул куртку и пустил меня погреться о его тело в красном худи.

— «Зимним днем, на снежной горе,

Я впервые подумал о ней,

Она не знала меня,

Я лишь наблюдал, внутри мысли храня…»

— Что это за песня? – Я пыталась вспомнить, слышала ли ее в репертуаре The Cowboys.

— Сочиняю на ходу. Отдыхай. – Он прокашлялся и продолжил: – «Она оказалась феей зубной, улыбкой тянула меня за собой…»

Я не поняла, в какой момент расслабилась настолько, что уснула. Когда я открыла глаза, тело болело – не только потому, что все затекло, но и от переохлаждения.

— Добрый вечер, – хмыкнул Коул, когда я зашевелилась. Он что, вообще не двигался?!