Невесты в погонах - Наталья Нестерова Страница 27

Равиль и Елена, сидевшие неподалёку, по окончании сеанса моментально испарились, и их было трудно в этом упрекнуть. Зато нарисовались Тамара и… Вы подумайте, Василий! Вот ведь хитрюга, когда принесла в гладильную ключ от комнаты, сказала, что убегает, но не сказала куда, а главное – с кем! Заметив их в толпе, Игорь замахал руками, намекая на то, что неплохо бы подойти поздороваться, но коварная Томка, радостно помахав в ответ, с непреклонной решимостью увлекла своего спутника в темноту аллей.

— Ну как это называется?! – негодующе воскликнул Игорь, обращаясь не то к Светлане, не то к мирозданию.

— Да ладно тебе, – улыбнулась Светлана. – Им просто хочется побыть вдвоём. Томка работает почти без выходных. Вася, наверное, тоже всё время занят. А тут такой случай.

— А где она работает? – без особого интереса, словно для приличия, поинтересовался Игорь.

— В госпитале.

— Медсестра?

— Нет. Она же не военнообязанная, как и мы с Леной. По хозяйственной части.

— А Лена?

— Она художница, оформитель. Отлично рисует и у нее прекрасный вкус! А еще шьёт… Жаль, машинки своей у нее здесь нет, а то бы…

Жалоба об отсутствии швейной машинки, как Светлана и сама хорошо понимала, была шита белыми нитками, но Игорь старался предстать перед ней этаким могущественным покровителем, человеком, способным решить любую проблему на раз, поэтому ее неуклюжие попытки внушить ему мысль о необходимости покупки швейной машинки пришлись как нельзя более кстати.

— Так ей нужна машинка?

— В первую очередь, конечно, ей, но и нам с Томкой это было бы удобно. Мало ли что подшить, пристрочить… Не говоря о том, что Лена могла бы в свободное время шить для нас какие-нибудь простые вещи. Получалось бы намного дешевле, чем покупать готовые. И по фигуре.

Впоследствии Светлана не раз задавала себе вопрос, как так получилось, что вот за этого человека – парня, который сразу же вызвал у нее безотчётную неприязнь, – она вышла замуж? Возможно, что именно этот день, когда она не смогла отказать старшему лейтенанту Кондрашову, пригласившему ее в кино, а позже решила превратить их поход в доброе дело, и определил ее будущее?

— Машинку можно купить в городе, – небрежно произнёс Игорь, как будто объяснял первокласснице, что булочки продаются в булочной. – Я могу помочь с покупкой и доставкой. Главное, чтобы у нас с Леной выходные совпали. Поедешь с нами? Ты вроде свободна пока, до начала учебного года.

— Не совсем, но я распланирую свои дела так, чтобы съездить с вами. Спасибо тебе! – Она улыбнулась, глядя ему в глаза и надеясь, что выглядит искренней и дружелюбной. – А платить…

— Часть жалованья можно поменять на немецкие марки. Я подскажу где.

— А…

Он обнял ее за плечи.

— Не волнуйся, Свет. Я всё устрою.

Сколько она себя помнила, ей со всех сторон внушали: советский человек – сам хозяин своей жизни. Но как можно быть хозяином своей жизни без способности предвидеть будущее? Верить в то, что на белом свете существуют люди, обладающие такой способностью, пионерам и комсомольцам было запрещено. Однако бабушка Светланы, которая не была ни пионеркой, ни комсомолкой, говорила внучке: «Бог знает всё. А еще есть божьи люди, святые люди, им тоже многое ведомо, оттого так скорбны их лики. И много разного могут они с Божьей помощью: и защитить, и остеречь, и от болезни избавить. Пусть тебя учат в школе, что будто бы нет Бога, ты не спорь, только люби Его, Светочка, и Он пребудет с тобой». Незадолго до смерти бабушка отдала ей свой нательный крест, и Светлана бережно хранила его, хотя не носила. Носила она, как все, сперва пионерский галстук, потом комсомольский значок.