Невесты в погонах - Наталья Нестерова Страница 28

Как все.

Не раз и не два ей приходило в голову, что среди этих «всех» наверняка есть такие же, как она, не очень понимающие, что значит любить Бога, но смутно чувствующие, что за словами пожилых родственников что-то стоит. Что-то важное, что-то ценное, что-то настоящее. Религия – опиум для народа? Ладно. Но народ при ближайшем рассмотрении распадается на отдельных людей. А люди – они очень разные. Для кого-то действительно религия – опиум, для кого-то – нечто иное.

Своими соображениями Светлана ни с кем не делилась. Не с кем, да и мало ли чем обернётся откровенность. А недавно Елена вдруг ни с того ни с сего начала рассказывать ей про сибирских шаманов. Тамара задержалась на работе, и этот разговор на запретную тему сблизил подруг, как ничто другое.

«Я видела, видела их в деле, – твердила жарким шёпотом Елена, хотя они были в комнате вдвоём. – Видела, как они наводят порчу, как снимают, и что после этого бывает с людьми. Клянусь тебе, Светка, это реально работает! И знаешь, смотрят они на больного и знают, выздоровеет он или умрёт. А если к ним со всем уважением, с просьбой и подарком, то они тебе обеспечат удачу в делах, а твоим врагам погибель».

«Как же они не боятся это делать? Ведь их же могут арестовать… Наверное».

«Ну как… Одни живут в глухих деревнях, куда только пешком можно добраться. Другие, наоборот, в городах, как самые обычные люди. Ходят на работу, в магазин, в кино, и никакая милиция не знает, чем они занимаются в свободное время. Или знает, но закрывает на это глаза. По разным причинам. Соседи помалкивают. Кто-то боится, кто-то сам пользуется их услугами».

Светлана слушала молча, сердце ее при этом учащённо билось. Бессмысленно было отрицать, что она слышала множество подобных историй. Но бабушкины «божьи люди» не имели ничего общего с шаманами Елены, сила их была принципиально иной. Порча, сглаз… Комсомольские значки от этого не помогали, а крестики и молитвы – да.

«Ты только никому не говори, ладно? – под конец разговора забеспокоилась Елена. – А то мало ли… Я не хочу неприятностей».

«По-твоему, я дурочка, что ли? – обиженно надулась Светлана. – Конечно, не скажу!»

Они обнялись.

* * *

Тамара вернулась из кино позже всех. Вид у нее был торжествующий.

— Ну, давай, Томка, рассказывай! – насели на нее подруги. – Как всё было?

— Та шо рассказывать? Сами будто не знаете, как оно бывает!

— Откуда он взялся?

— Я его нашла и сказала: пошли в кино. Там комедию показывают. Американскую.

— Да ты что? А как нашла?

— Там спросила, здесь спросила. Сами знаете, язык до Киева доведёт!

В этом была она вся. Переглянувшись, Светлана с Еленой прыснули со смеху.

— Ну всё, Васька попал!

— Ой, начинается! Куды это он попал?

— В твои мягкие лапки, куда же еще?

— А шо делать? Ждать, когда он соизволит? Так всю жизнь можно прождать.

Вюнсдорф был разделён на три военных городка, и по воле случая все шестеро проживали в одном – в том, где располагался штаб ГСВГ. Впрочем, если бы Василий оказался в другом, Тамара всё равно нашла бы способ до него добраться. И сделала бы это так, что ни у кого, и у него в том числе, не возникло ни малейших сомнений в том, что ему крупно повезло.

5

И вот настал волнующий момент, когда двое рядовых богатырского телосложения под руководством старшего лейтенанта Кондрашова занесли в комнату общежития не что иное как легендарную швейную машинку «Зингер» немецкого производства. Занесли и со всеми необходимыми предосторожностями установили на указанное место возле окна. Девушки рассыпались в благодарностях. Сдержанно кивнув, богатыри удалились.