Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю Страница 30

— Другой вопрос, выглядела ли ты такой хоть в чьих-то глазах, Митчелл.

Она бросает на меня убийственный взгляд.

— Итак, здесь наша Кэрри плакала, целовалась с возлюбленными, принимала решения. Разве я не говорил, что надо изучить сериал?

Отрываюсь от видоискателя и смотрю на профиль Грейс. Та, похоже, одевалась сегодня в полной темноте: на ней ярко-голубая майка, потертая джинсовая куртка и аквамариновые брюки клеш. Дополняет весь этот прыжок в семидесятые неизменная сумка с бахромой, прекрасно сочетающаяся с белыми кроссовками.

— Ты, случаем, не дальтоник?

Она изумленно оборачивается, потом до нее доходит.

— Да иди ты в задницу!

— Не дергайся. – Поднимаю руки как бы в знак примирения. – Просто спросил на всякий случай. Если ты путаешь цвет неба с цветом деревьев, тебе будет сложно описывать город. Я думаю только о деле.

— Сказал профессор Серый-Насквозь, – огрызается она, подразумевая мой костюм. – Думай лучше о своих фотографиях, вместо того чтобы разглагольствовать о том, что я пишу. Сильно сомневаюсь, что ты способен сделать хоть отдаленно романтическую фотку.

— С чего вдруг?

— С того, что такому узколобому фотографу смысла слова «романтика» не понять.

— Ты так уверена в своих суждениях, Митчелл.

— Совершенно. – Она широко улыбается. – Знаешь, кого ты мне напоминаешь, Говард? Типа, который вечно сует нос в чужие дела, потому что не способен критически оценить собственные.

До чего же невыносима бывает эта девица! Господи, следующие три месяца моей жизни меня доконают – я это чувствую.

— Спасибо за бесплатный сеанс психоанализа. А теперь давай-ка за работу.

Грейс мрачно кивает и произносит чуть менее воинственным тоном:

— Что мы, собственно, должны здесь сделать?

— Знания приобретаются на практике, – отвечаю я, вновь берясь за фотоаппарат. – Гринич и Ист-Виллидж – благодатнейшие места для потребительниц романтических комедий, но если ты продолжишь писать в стиле брошюры, которую обычно подкладывают под ножку стола, далеко мы не уедем.

— Подумать только, у меня была та же самая мысль насчет конечной судьбы нашего путеводителя… – бурчит она, и я вздыхаю.

С нашего визита в Трайбеку и СоХо прошло три дня. Все это время мы проработали над черновиком первой главы в Нью-Йоркской публичной библиотеке, ругаясь вполголоса, чтобы не мешать другим посетителям. Полки, заставленные пыльными томами, и темные столы орехового дерева почему-то не способствовали нашей креативности.

Сегодня утром нас вызвали в редакцию «Женщины в розовом» для подписания договоров.

— Первая часть аванса будет перечислена на ваши счета в течение десяти дней, – заверила Шарлотта Эванс. – Советую вам не почивать на лаврах, а вкалывать по полной. Если не уложитесь в срок, – она выразительно посмотрела на Грейс, – вернете все до цента. И выплатите неустойку.

Денек выдался солнечный, нам предстоит обойти локации «Секса в большом городе», выстроить маршрут по ключевым местам сериала и набросать очередную главу.

В руках у Митчелл неизменный планшет с разноцветными котятами на обложке.

— Ладно. – Она отмечает что-то на экране. – Квартиру Кэрри мы осмотрели. Одно бесполезное дело сделано. Можно идти в…

— И ты не собираешься ничего записывать?

— Что именно? Описать дверь и ступеньки?

Морщусь, раздраженный ее тупостью, и решительно беру за локоть: