Отель с неприятностями - Ася Лавринович Страница 31

— Вообще, можно подумать, что Герман не ее сын, а нелюбимый пасынок, – вздохнула подруга, – и Ларик так считает.

— Серьезно? Вы с Лариком и такое обсуждаете?

— Да он сплетник похлеще нас с тобой, – засмеялась Ника.

— Ну версия с пасынком – занятная. Выходило бы, что Германа, как Золушку, эксплуатирует злая мачеха, – хихикнула я. – Бедненький!

— А представляешь, если Ларик женится на Полине Сергеевне и станет его отчимом?

Когда наши ночные фантазии окончательно свернули куда-то не туда, со стороны угловой кровати послышался странный полувздох.

— Неужели вам и в самом деле это все интересно? – не выдержав, повернулась к нам Галя. Ее кровать жалобно скрипнула.

— Ого! Ты еще не спишь? – удивилась Ника.

— Уснешь тут с вами… Всем кости перемыли.

— Ну, допустим, не всем, – обиделась Ника. – Отвечая на твой вопрос: действительно, интересно. Что плохого? Ты-то чего сразу взъелась, как про Ларика заговорили? Неравнодушна к нашему Васильичу?

Услышав, как Ника назвала Иллариона «Васильич», я почему-то прыснула, а Галя еще больше рассердилась. Ника попала в самую точку, и мы обе это прекрасно понимали. В том, что Галя неровно дышит к Ларику, сомневаться уже не приходилось: ее голос сразу менялся, становился еще тише, стоило нашему заму появиться рядом, а на утренних планерках она не сводила с него взгляда.

— Просто мне не нравится, когда обсуждают людей за спиной, – насупилась Галя, – у меня нехорошие воспоминания, между прочим.

— Ты о чем?

Но Галя молча отвернулась к стене, а потом глухо произнесла:

— Когда вы заселились, думала, мне станет повеселее… Простите, девчонки, дело не в вас. Я слишком замороченная, и это очень личное.

— Ну, хочешь, мы переедем в другую комнату? – предложила Ника. А затем дурашливо добавила: – Да хоть к Васильичу под бочок!

Подруга все перевела в шутку, а вот голос Гали меня насторожил. Слишком уж подавленно и болезненно он прозвучал в темной комнате. Я кинула в Нику подушкой, чтобы та наконец замолчала, и первой поднялась с кровати. Мне нравилась Галя, и сейчас показалось, что она вот-вот расплачется. Неужели и правда из-за этого слизняка Ларика? Нашла кого ревновать! Я осторожно села на край Галиной кровати.

— Спирина, ты вообще-то личные границы нарушаешь! – ядовито заявила Ника. – Не заметила? Нам тут не рады!

Я отмахнулась от нее и аккуратно дотронулась до плеча Гали. Галчонок лежала под одеялом, и спустя пару секунд действительно послышался тихий всхлип. Тут даже Нике стало не до шуток: она тоже вскочила с кровати, быстро подошла к нам и присела рядом на корточки. Теперь мы все трое замерли в темноте. Видимо, и правда случайно задели что-то болезненное, только никак не могли понять, что именно.

— Галечка, ты и в самом деле хочешь остаться одна в комнате? – озабоченно спросила Ника. – Ну хочешь, я Владу в туалете закрою?

Я легонько пихнула подругу ногой. Галя наконец повернулась к нам. Глаза ее и правда блестели от слез. Тут мы с Никой уже не на шутку перепугались, а сама Галя смутилась еще сильнее.

— Девчонки, простите меня! Я вам расскажу все позже… когда буду к этому готова…

— Конечно! – тут же отозвалась я. – Если тебе мешают наши ночные разговоры, мы, честное слово, больше так не будем!

— Понимаешь, просто это нас немного успокаивает, – теперь уже серьезно сообщила Ника, – мы так со стрессом справляемся.