Бывшие. Любовь, удар, нокаут - Ария Тес Страница 40

Так они с Лешей остались одни.

Алена перебивает мой поток прошлого, вздыхает и жмет плечами.

— Твоя бабушка — сумасбродка, я даже отрицать этого не стану, но… Маш, она тебя любит и желает тебе добра.

— Прости… ты где была, когда я тебе рассказывала всю историю?! Семь этих лет!

Она саркастично цыкает.

— Здесь я была. Каждый раз рядом.

— Тогда я не понимаю!..

— Она хотела, как лучше. Ты же действительно убиваешься на своей работе…

— Ну да! А теперь у меня этой работы нет! Вот, удружила! Спасибо!

Достаю телефон раньше, чем Алена успеет еще что-то «мудрое» ляпнуть, и включаю голосовое сообщение.

Мы его уже слушали, разумеется, но, видимо, нужно закрепить. Не сразу доходит до кого-то…

«Мария, добрый вечер…» — притворно доброжелательно начинает Ольга Петровна, моя небинарная начальница.

И нет. С местоимениями у нее все в порядке, просто она не может определиться, кто она? Сука или тварь.

«…до меня дошли неприятные слухи о том, что твоя дочь сорвала важную конференцию и… вообще. То, что там произошло — это потенциальная проблема. Надеюсь, ты понимаешь, нам в нашем отеле не нужны журналисты, фаната и антифанаты. Горничная должна быть в первую очередь незаметной. Если все подтвердится, а я, будь уверена, обязательно выясню все детали! Нам придется с тобой попрощаться. Не пойми неправильно, Машуля, ты — отличный сотрудник, только… обстоятельства — сильнее меня. Я не смогу тебе ничем помочь. В первую очередь ведь предприятие и его имидж, а кому нужна такая тень на их имидж? Мне очень жаль»

Очень красивый текст, согласитесь. Наверно, если бы она написала его в сообщении, а не голосом, я бы даже могла поверить, что ей действительно жаль. Но! В каждом слоге сочится яд, и я буквально чувствую ее мерзкую ухмылку.

Ольга Петровна меня презирает. Алена говорит, что так выглядит банальная, женская зависть: ты красивая, ты молодая, ты перспективная, а она что? Рожу себе обколола филлерами, а муж все равно гуляет. Делай выводы.

И я бы сделала, правда. Возможно, они бы смогли меня немного угомонить, но только толк-то какой? Работы я уже лишилась, считай.

— Она только и искала повода… — комментирую это тихо.

Алена вздыхает.

— Ну да, в этом нет ничего приятного, я знаю. Но…

— Что? — усмехаюсь от безысходности, смотрю ей в глаза, — Что, Ален?

— Он будет платить алименты.

О боже…

Слезы появляются на глазах, но я, разумеется, скорее сдохну, чем допущу их в реальности.

Смотрю в потолок. Прикусываю щеку изнутри, молчу. Алена тоже, но недолго — первой нарушает тишину. Тихо и аккуратно.

— Все совсем плохо, да?

Ударяет изнутри шоковым разрядом.

Да, если честно.

Да, все совсем плохо. Как оказалось, семь лет программирования прошли словно бы мимо меня. Ничего не помогло… не помогло! У меня по-прежнему замирает сердце при одном только взгляде! Одном! На этого проклятого мужика…

Ты сумасшедшая?! Хочется заорать, встряхнуть себя и выбить этот образ. Не видеть его, не слышать голоса, забыть… все забыть! Точнее, все хорошие разорвать и сжечь! А плохое размножить, но…

Облизываю губы и закрываю глаза.

— Сердце замерло, когда я его увидела.

Алена тихо вздыхает.

Она понимает, о чем я говорю.

Это логике не поддается. Контролю тем более. Головой ты все на свете понимаешь, но… что с нами не так?! И ведь мы такие не одни. Женщины, которые должны любить нормальных мужчин. А не быть привязанными к клоаке…