Злобушка для дракона - Наталья Мамлеева,Надежда Мамаева Страница 43

– И потом… – голос мой звучал хрипло, так что я сама его не узнала. – Не будет никакой«истинности»? Совсем?

Пожалуйста, отрицай все! Скажи, что это невозможно.

Но принц смотрел пристально и серьезно, так что у меня не оставалось сомнений в его словах. Ни у меня, ни у моего здравого смысла, будь он неладен.

– Совсем. Вы станете для меня просто леди Мартишей-Четтери-Харпер, – твердо подтвердил Генрих и добавил: – Девушкой, которая не верит в истинность…

– А что в ней хорошего? – парировала я.

– А что плохого? – как истинный дипломат, Генрих обернул мой же вопрос против меня.

Пришлось отвечать за свои слова.

– Это решение, принятое за вас, – выдохнула я, все еще глядя на принца, – вышними силами. Они говорят: «Вот твой человек». А вдруг это ошибка? Вдруг они руководствуются не единением душ, а какими-то своими причинами… Как политики, которые заключают браки ради выгоды стран, наплевав при этом на чувства. Если так, то у пары не будет ничего общего! Выбирать нужно сердцем и разумом, а не потому, что на руке расцвел магический цветочек!

Генрих слушал, не перебивая. Потом медленно кивнул.

– Ваши доводы разумны, воля – сильна, а сердце не ищет корысти. Лишь скажу, что метка – ориентир, способный ускорить время и уберечь от ошибок. Но если таково ваше желание – поедем во дворец, избавим вас от нежеланного бремени ради свободы выбирать.

В мужских глазах цвета шторма читался вызов.

«Из женских уст всегда звучит лишь половина правды. И я обязательно узнаю точно, какой именно половине ваших слов, леди Мартиша-Четтери-Харпер, мне стоит верить».

И я, ошеломленная, уставшая, загнанная в угол собственными противоречиями, схватилась за этот выход, как утопающий за соломинку.

– Хорошо, – сказала я, и голос прозвучал чуждо. – Едем.

Но сначала, как выяснилось, все же едим. Потому как едва решение оказалось принято, как случилось оно. Нервное и загадочное. Какое случается с девушками, когда она садится выпить только чашечку кофе, а тут заваливается с порога он – аппетит! И все. Я оказалась бессильна перед булочками, стоявшими на столе.

Лишь после завтрака, насыщенного не только разговорами, но и жирами (все же жаренные в масле пышки у нашей кухарки были выше всяких похвал), я нашла в себе силы, а в шкафу – чемодан. Собрала в него вещи, волю – в кулак и отправилась-таки во дворец. Перед отбытием мне вернули мои бусы, которыея сразу же надела и решила не снимать.

Провожали нас Ричард, близняшки, вся прислуга (аж втроем: кухарка, горничная и конюх) и злобный взгляд Синди, которая пыталась напроситься в мои компаньонки, но, как выяснилось, Генрих мог не только слышать слово «нет», но и очень четко его произносить. Так что любые инициативы прытких девиц засыхали на корню, точно гербарий.

Дорога во дворец в королевском экипаже оказалась быстрой, тихой и невероятно неловкой. Мы с Генрихом сидели напротив друг друга. Принц смотрел в окно, я – на свои руки в перчатках.

Говорят, что драконы молчат в двух случаях. Во-первых, когда все понятно, и что тут говорить. Во-вторых, что говорить, когда ничего не ясно! Каким из двух руководствовался Генрих, я не знала. Лично я – третьим, исключительно женским, когда наговорила столько, что лучше теперь молчать!

Хотя ведь озвучила ровно те мысли, что были в моей голове. Я и вправду хотела выбирать душой, а не потому, что кто-то там на облачке за меня решил.