Бывшие. Любовь, удар, нокаут - Ария Тес Страница 45

— Как можно использовать все это, чтобы нам поверили?! Или, по-твоему, каждая мечтает выйти замуж…

— Мы скажем, что снимки — лажа.

Нет…

Я веду головой. Мы скрещиваемся взглядами, и Гриша не собирается уступать. Он отвечает прямо и холодно.

— После того как тебя пытались очернить, вы с Марией решили, что для сохранения отношений нужно сделать их секретными.

— Секретными, прости?

— Секретными, прощаю. Эта херь сейчас популярна, мол, скрывать свою семью от досужих глаз, беречь ее.

— Попахивает бредом.

— Почему? Многие популярные люди не говорят на тему личных отношений. Ты сам никогда не говорил о личных отношениях.

— Все знают, что я встречаюсь с Лидой.

— И всем точно так же известно, что ты — мой парень. Лида — моя дочь. Сложилось, да?

Типа того. Прищуриваюсь, Гриша вздыхает и отводит взгляд в ночное небо.

— Она, конечно, будет психовать, но, в конце концов, поймет, что так будет лучше.

— Она? Поймет? Похоже, юмор — это действительно не для тебя.

— У нее не будет выбора, — Гриша чуть повышает голос и давит взглядом, возвращенным ко мне, — Она — ваша подруга. Скажем, что еще и крестная вашей дочери для пущей убедительности. Вы не целовались на публике, вы не отвечали на вопросы журналистов. Прямо. Вечно загадки да заигрывания…

Он меня виноватит?! Серьезно?!

— Ты сам так просил!

— Да, я в курсе, и видишь, как сложилось?

Щурюсь. Гриша снова жмет плечами.

— Лида помогала вам.

— У меня были и другие женщины.

— И об этом знаешь только ты и твои шлюхи. Шлюхи за бабки будут молчать, особенно если не хотят проблем. Со мной проблем они не захотят, уж поверь. У нас с ними договор.

Фу.

Морщусь, а он впервые усмехается.

— И не морщись. У меня таких резвых парней целый зал. Нужно объяснять, что сексуальные скандалы плохо сказываются на репутации?

— Нет, спасибо. Я сейчас нахожусь внутри одного из них…

Как и семь лет назад.

— Вы по молодости — дураки. Вы и сейчас звезд с неба не хватаете, конечно…

— Ох, пошел ты, — выдыхаю, откидываюсь на спинку стула и тру глаза.

Гриша молчит.

Дым бьет в ноздри. Нет, хер с ним. Выкурю одну.

Достаю сигарету, поджигаю ее. С ними проще…

— Окей. Допустим. Мы всем скажем, ты даже организуешь это дерьмо, но как ты объяснишь перформанс на пресс-конференции?

— Девчонка с характером, вся в отца. Решила подкинуть свинью.

— Ну да…

— Поверь. Дочери и не на такое способны порой, это рабочая версия. Твой ребенок захотел внимания, он не понимает, почему папа его скрывает. Вот и все…

Пиздец бред.

Откидываю голову назад. Дым выходит через ноздри.

По столу шаркает пепельница. Гриша тушит сигарету и хмыкает.

— В любом случае думай, Аксаков. Ты можешь и с этим вариантом послать меня к черту, но о Европе забудь. Твоя репутация этого не переживет, и я больше вкладываться в тебя не стану.

— Ага…

— Без «ага», — его голос становится жестче, я поднимаю глаза — взгляд тоже, — Твои победы уже не окупают твое дерьмо, дорогой. Я заебался. Конечно, ты можешь сидеть и жалеть себя, гнуть пальцы, послать — дело твое. Только имей кое-что в виду: я вложил в тебя очень много ресурса…

— Я уже с горкой вернул тебе твои дивиденды и…

Жесткий удар сбивает на полуслове. Гриша двигается ближе и рычит тихо, глядя на меня исподлобья.

— Я решу, когда ты отобьешь мои вложения. Понял?!