Неисправная Анна. Книга 1 - Тата Алатова Страница 50

Перила под пальцами мерзлые, скользкие, Нева здесь большая, почти бескрайняя, лишь главный купол Троицкого собора, ярко-синий, усыпанный золотыми звездами, доказывает, что у нее все-таки есть берега.

У всего есть начало, и у всего есть конец, но на что ты тратишь свои дни между?

Анна чувствует Архароваза спиной, но он не лезет к ней, не мешает. Неподвижен, как филер в засаде, кто его знает, сколько способен так простоять. И охота же тратить время…

— Что вы знаете про моего отца? — спрашивает она, не оборачиваясь. Впервые вспоминает о нем добровольно, не уворачиваясь от боли.

— Постарел, но все еще бодр, — четко докладывает Архаров без заминки. — Лишился основных оборонных императорских заказов. Отказался от лекций в университете.

Стало быть, разуверился в том, что может хоть кого-то воспитать достойно.

— Здоров?

— Вполне. Только меценатствует не в меру, не разорился бы часом.

— Вот это ново, — удивляется Анна. — В прежние времена он щедростью не отличался.

— В прежние времена ему было для кого беречь капиталы, — ехидно напоминает Архаров.

Ее даже не ранит этот мелкий укол. Горе и облегчение сливаются в нечто странное, почти безобразное, но очень похожее на крепкий щит. Она жива, жива! И даже в собственном уме покамест. И стыдно от эгоистичного этого счастья, и горько, и пьяняще.

Можно быть человеком второго сорта, ютиться в казенном углу, носить одежду с чужого плеча — и все еще радоваться тому, что ты есть.

— Завтра суббота, — произносит Архаров, — по воскресеньям на службу не надо, но у механиков организовано дежурство в случае надобности. Обсудите свой график с Голубевым, обычно Виктор Степанович сам на посту, маетно ему дома. Однако выходной день — не повод для безделья.

— Вы теперь и в мое свободное время намерены вмешиваться? — огрызается она раздраженно.

— Разумеется. Мне не нужны сотрудники, застрявшие в прошлом. Вам есть, чем заняться, — она слышит его шаги, ближе, ближе. Оборачивается стремительно — и принимает из его рук лист плотной бумаги.

Опускает глаза, едва разбирая буквы в сумерках — это официальная справка с места службы из отдела СТО, заверенная печатью Управления сыскной полиции. В справке указывается, что младшему механику Аристовой А.В. требуется доступ в императорскую публичную библиотеку для выполнения служебных обязанностей.

— С канцелярией библиотеки сами разберетесь, — Архаров поднимает воротник пальто. — До завтра, Анна Владимировна.

И он уходит к экипажу, нисколько не заботясь о том, как она будет выбираться с Заячьего острова.

***

Анна понимает, что однажды ей придется посмотретьоткрыто и прямо на прошлое, разобрать по буквам, что же сказала ей Ольга, но сейчас она сосредоточена на простых и понятных вещах. Ей необходимы время и теплый платок.

Поэтому вечер она проводит в будке часовщика на углу, где помогает подслеповатому мастеру со сложной починкой. Это хорошее, успокаивающее занятие, а долгие рассказы старика плывут мимо нее, не притрагиваясь.

Возвращается в общежитие поздно, по дороге сталкивается с Зиной — та спешит с вечернего приработка у Прохорова — стирки, готовки. Вдвоем они так лихо колотят друг друга вениками в бане, что выпадают оттуда едва живыми. Уже заполночь бредут кособокими переулками к небольшому домику, где древняя бабка держит коз. Там Анна покупает кружку вонючего молока (пьет и морщится), а главное — великолепный белоснежный платок из козьей шерсти. Он стоит восемьдесят копеек, она заработала у часовщика только пятьдесят, но Зина добавляет свои — и вот у Анны первая совершенно новая вещь за долгие годы.