Малыши от бывшего. Вернуть любовь - Дана Стар Страница 51

Стискиваю зубы, сглатываю подступившие рыдания.

Не стану размякать, вестись на дешёвые спектакли. Руслан для меня умер. Вместо него рядом – бездушная кукла. Внешняя оболочка, лишённая всего человеческого. Марионетка его тиранического отца!

Какую тьму пробудили в его душе. Передо мной уже не тот Руслан, которого я любила. Того парня больше нет. Его сожрали цинизм, алчность, похоть. Выжгли дотла всё светлое и чистое.

А это… существо – всего лишь жалкая пародия. Такой же лживый, жестокий, неспособный на подлинные чувства.

И от осознания этого мне становится так горько. Так невыносимо больно и страшно.

Страшно от ледяного взгляда Руслана, от его застывшего лица. От демонической ауры, что исходит от него удушливыми волнами.

Когда-то я верила, что любовь способна менять людей. Что мы с Русланом будем вместе до конца наших дней.

Растить детей, состаримся бок о бок… Глупая наивная дурочка! Вот она, расплата за розовые очки. За то, что не сумела вовремя разглядеть гнильцу.

Его ладонь по-прежнему лежит на моей талии – горячая, тяжёлая, властная. От этого прикосновения по телу прокатывается волна мурашек.

Молчание затягивается, повисает вязкой, душной пеленой. Мы оба смотрим на Антошку через стекло, боясь пошевелиться или глубоко вздохнуть. Напряжение между нами искрит и потрескивает, готовое вот-вот взорваться.

Но тут за спиной раздаётся деликатное покашливание. Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь, чувствуя, как Руслан убирает руку.

Перед нами стоит высокий седой мужчина в белом халате – заведующий отделением. Он сосредоточенно листает какие-то бумаги и бормочет, не поднимая глаз:

— Кто посторонний в реанимации? Вы не имеете права здесь находиться! Немедленно покиньте…

Но договорить ему не удается. Взгляд доктора падает на Руслана, и он мгновенно меняется в лице. Глаза округляются, челюсть отвисает. Кажется, еще немного и начнет заикаться от потрясения.

— Вы?! Руслан Валерьевич, какими судьбами! Вот уж не ожидал, не гадал! Какая честь! – врач аж подскакивает на месте, расплываясь в елейной улыбке.

Бумаги веером разлетаются по полу, но он даже не замечает. Спешит пожать Руслану руку, заискивающе заглядывает в глаза.

На лице – неподдельный восторг и благоговение, будто перед ним не человек, а как минимум божество.

Я ошарашенно перевожу взгляд с одного на другого. Что происходит? Они знакомы? Руслан что, важная шишка в медицинских кругах? Или я чего-то не понимаю?

— Вы снова пожаловали к нам с благотворительным визитом? Хотите сделать очередное пожертвование на лечение сирот? Ах, Руслан Валерьевич, вы настоящий ангел-хранитель для наших крох! Спасаете стольких деток, дарите им шанс на жизнь! Мы все здесь буквально молимся на вас! Не представляете, сколько благодарных…

Руслан морщится и обрывает словесный поток резким взмахом ладони. Голос его звучит жестко, отрывисто:

— Давайте опустим расшаркивания, Алексей Юрьевич. Я здесь по делу. Меня интересует этот ребенок, – он кивает на Антошку за стеклом. – Можно подробнее узнать диагноз и прогнозы?

Врач мигом серьезнеет, подбирается. Бросает опасливый взгляд на меня, переминается с ноги на ногу.

— Кхм, видите ли, Руслан Валерьевич… Врачебная тайна, все дела… Вы же понимаете. Мне нужно разрешение матери, чтобы разглашать подробности.