Огненные сердца. Все, что осталось от нас - Кира Сорока Страница 52

— Алин, поговори со мной, а? – тормошит меня Таня в столовой.

— Да все в порядке, – натянуто улыбаюсь я.

— Ну я же вижу, что нет. Что у вас с Коршуновым происходит?

— Ничего. Несостыковки с проектом…

Взгляд непроизвольно скользит к столику Миланы и Купидонова. Егор сидит с ними. Как и еще полкласса. Гроз не участвует в общей беседе, ничего не пьет и не ест. Просто уставился в стол нечитаемым взглядом. Брови сошлись на переносице, губы напряженно сжаты, на скулах ходят желваки. За общим смехом и болтовней никто из окружающих, кажется, не замечает этой жуткой маски и того, что Егор на грани срыва.

И мне должно быть на это плевать…

Перевожу взгляд на Таню. Она взволнованно смотрит на меня.

— У вас… у вас с Егором что-то было?

Я качаю головой. Таня хмурится, легко считывая ложь, и продолжает докапываться:

— Ты бы хотела, чтобы было?

Вновь качаю головой.

Нет, ни за что! С меня хватит! В воспаленном мозгу Гроза нет места нежным чувствам. А к его сердцу мне не подобраться. Я больше ничего не хочу анализировать. Я устала. С пролитыми утром слезами из меня вышло буквально все.

— Говорят, сегодня физры не будет, – перевожу я тему.

— Раз в две недели вместо нее факультатив по психологии, – согласно кивает Таня. – Вы с Егором закончили проект?

Да боже! Может, уже хватит повторять его имя?

— Не закончили. И вряд ли закончим.

— Почему?

Ее вопрос тонет в трели звонка. Я вскакиваю и отношу свой нетронутый компот к окошку для грязной посуды. Таня догоняет меня на выходе из столовой, и мы вместе идем на урок. Потом еще на один. И еще. Я словно пробираюсь сквозь густой туман, пытаясь не утонуть в болоте депрессии и усвоить хоть какие-то знания.

Перед факультативом мне звонит отец. Выбегаю в коридор подальше от чужих ушей и принимаю вызов.

— Да, пап? – мой голос невольно звучит гораздо несчастнее, чем должен.

— Та-ак!.. А что у нас случилось?

Его напряжение я чувствую на расстоянии. Громко сглотнув, прокашливаюсь и выдавливаю из себя вполне правдоподобный смешок.

— Почему у меня обязательно должно было что-то случиться? – даже возмущение изобразить удается.

— Алина, все нормально?

— Да… Да, просто устала. Ты как?

— В норме. Мне бабушка позвонила, – судя по голосу, отцу становится неловко. – Ты уже вроде как взрослая… но… – он запинается.

— Но что?

— Мне начинать беспокоиться из-за твоего нового парня?

Словосочетание «новый парень» как-то не укладывается в моей голове. У меня же нет никого! Пока я недоуменно молчу, папа продолжает:

— Твой одноклассник, который приходил к нам домой.

— Он не мой парень. Мы просто делаем вместе проект, – я заставляю свой голос звучать достаточно бодро.

Я стою возле окна в коридоре, и мой взгляд невольно цепляется за парней, проходящих мимо. Купидонов, Боярский, Гроз. Последний не смотрит в мою сторону, уткнувшись в телефон. А вот Боярский притормаживает.

— Эй, новенькая! Как дела?

Я же изгой. Зачем он со мной говорит?

— Прекрасно, – цежу сквозь зубы и отворачиваюсь.

— Ты там, дочь? – слышится голос отца.

— Мне на урок идти надо. И не слушай бабушку, она надумала лишнего.

Именно это я сказала ей после того, как Егор вчера покинул нашу квартиру. Наш поцелуй бабуля, к счастью, не видела, но заметила, как я отпрыгнула от Гроза в тот момент, когда она вошла в комнату. Бабушка убеждала, что я могу поделиться с ней чем угодно. На самом деле было понятно, что ей очень хотелось, чтобы я призналась в чувствах к однокласснику. Бабуля в последнее время настроена весьма романтично. Вероятно, всему виной сериалы, которые она постоянно смотрит. Я не стала вдаваться в подробности наших отношений с Егором, потому что все было сложно. А теперь все кончено!