Королева Всего - Валентина Зайцева Страница 53

— Если бы ты меня выдумал, вряд ли я была бы такой упрямой.

Он тихо рассмеялся и покачал головой.— В этом ты, несомненно, права. — Наконец он повернулся ко мне и раскрыл объятия.

Не раздумывая, я бросилась в них. Обвила его руками и прижалась изо всех сил. Он ответил тем же, и я изо всех сил боролась с желанием заплакать. Я и так плакала в последнее время слишком много.— Самир…— Моя стрекоза.— Я тебя выдумываю?— Будь ты моей выдумкой, я вряд ли был бы наполовину так раздражителен.

Я рассмеялась.— Я имела в виду…— Я знаю, что ты имела в виду. И, если честно, я не уверен. Я могу быть собой, частью того,кто я есть, отколовшейся, чтобы соединиться с тобой во сне. Или же я могу быть творением твоего одинокого разума, собирающим воедино воспоминания, чтобы утишить боль.

— Ты не знаешь?— Боюсь, что нет. Мне кажется, будто я здесь. Но, с другой стороны, совсем недавно мне казалось, что я — человек. Последнее оказалось ложью, а потому теперь всё поставлено под сомнение.

Я уткнулась лицом в ткань его фрака. Он пах старыми книгами и кожей, и слёзы снова навернулись на глаза.— Я скучаю по тебе.— Я никуда не уходил. Я всё ещё рядом с тобой. Я — часть целого. — Он погладил меня по волосам. — Ты хочешь сказать, что боишься.

— Я в ужасе…

Он неожиданно отступил от меня на шаг. Отступил ещё и, сложив одну руку перед собой, а другую за спину, склонился в глубоком, безупречном поклоне — идеальное воплощение джентльмена и кошмара в одном лице.— Дорогая моя, окажешь ли ты мне честь подарить мне этот танец?

Я улыбнулась. Не смогла сдержаться. Чёрт бы его побрал. Чёрт бы побрал этого остроумного, умного подлеца. Он всегда знал, как изменить моё настроение. И сейчас он пытался — своим глупым, дурацким способом — меня подбодрить.— В прошлый раз, когда мы делали нечто подобное, ты взял мой разум под контроль, даже не предупредив.

— На сей раз я клянусь не делать ничего подобного. Ты свободна размахивать конечностями как угодно, ибо здесь нет свидетелей, перед которыми мне могло бы стать стыдно.— Козёл.— Всегда.

Он выпрямился и протянул ко мне свою человеческую руку, держа металлическую за спиной, вновь приглашая. Я вложила свою ладонь в его, и он притянул меня к себе. Он взял мои руки, одну положил себе на плечо. Его ладонь легла на мою лопатку, а другую руку мы сплели пальцами.— Что-нибудь простое. Вальс.— Я не умею вальсировать.— Тогда я предлагаю позволить мне вести.— Позволять тебе вести — это то, что и привело нас в текущий беспорядок.

Он усмехнулся.— Верно. И тем не менее, мы здесь. Если ты не последуешь за мной, мы быстро окажемся в куче на полу.— Это будет не в первый раз.— И, я полагаю, не в последний.

Он отнял руку от моей лопатки и щёлкнул пальцами. С этим щелчком зазвучала музыка, лившаяся словно ниоткуда, но при этом легко заполнившая всё пространство.— Показушник.— Всегда.

Я улыбнулась, глядя на него снизу вверх, пока он возвращал руку на моё плечо и начинал учить меня танцевать.— Итак, вальс прост. Движения строятся на счёт три. Раз-два-три, раз-два-три, — отсчитывал он, и в его тоне звучало терпение учителя. — Если бы ты не была столь напряжена, я смог бы провести тебя через движения вполне успешно.— Я не напряжена.

Он молча смотрел на меня сверху вниз. Даже сквозь маску я прекрасно понимала, какое недоверчивое выражение было сейчас на его лице.— Не поднимай на меня бровь, — отругала я его.