Отражения - Екатерина Соловьёва Страница 53

— Хватит!

Малфой побагровел, казалось, сейчас его хватит удар. Он судорожно сжимал трость, наверняка, желая задействовать палочку, чтобы заколдовать нахальную шантажистку, но понимал, что в Атриуме это равносильно самоубийству. Люциус хотел ещё что-то сказать дрожащими губами, но не смог, и опрометью бросился прочь — к каминам.

Гермиона не стала смотреть на это позорное бегство: всё, что смогла, она уже сделала. Девушка сама едва добежала до ближайшего туалета, и уже там дала волю слезам. Она рыдала так, что сердце разрывалось в груди. Это было так больно: видеть Люциуса таким чванливым и гадким. Он, как и когда-то, смотрел на неё с настоящей ненавистью, и не был в этом ни капли виноват, ведь это вовсе не тот Люциус, которого она лю…

Гермиона с немым изумлением отняла от мокрого лица ладони.

— Боже… О господи…

* * *

На следующий день Гермионаотправилась к Поттерам. Дом на площади Гриммо было теперь не узнать: Джинни с Кикимером привели его в полный порядок. Троллью ногу сменила подставка-фламинго, вместо газовых рожков везде висели современные бра, комнаты заливал чистый свет, бьющий сквозь тонкие шторы, а с кухни аппетитно пахло яблочным пирогом.

Саму же хозяйку по подсказке Кикимера Гермиона обнаружила в саду, который та разбила во внутреннем дворике. Джинни в косынке и фартуке возилась с двумя пышными кустами красных роз, судя по тому, что они цвели в октябре — явно заколдованными.

— Проходи, Гермиона! Я сейчас. Немного осталось.

Гермиона шагнула и вдруг заметила под ногами розу, уже потемневшую и растоптанную. Она подняла её, разглаживая лепестки.

— Ты просто так или с разговором?

— Я не знаю, с чего начать…

— Начни с начала! — подмигнула Джинни.

Гермиона опустила голову, внимательно рассматривая завядшие листья.

— Джинни… знаешь… Я хочу сказать, что понимаю теперь, каково тебе было, когда ты молча любила Гарри. Втайне ото всех. Я не знаю, как ты справлялась с этим в одиночку.

— Я просто надеялась, — пожала плечами рыжая подруга. — Поддерживала его, как в той истории с учебником и Малфоем.

«Боже…»

Сердце ныло при одном упоминании об этой фамилии.

Гермиона тихо спросила, обрывая листья со стебля розы:

— И ты бы отправилась за ним на край света? Даже зная, что ты никогда больше не увидишь ни родителей, ни друзей?

Джинни помолчала немного, обдумывая ответ. Она стянула резиновую перчатку и потёрла испачканный в грязи лоб.

— Гарри — и есть моя семья, Гермиона. Он мне и родители, и друзья, и муж, и любовник. Он — вселенная, в которой я живу. Конечно, я бы пошла за ним, куда бы он не направился. Особенно если бы ещё тогда, когда вы втроём сбежали на поиски крестражей, я знала, что он любит меня.

Гермиона зажмурилась, будто боясь, что подруга услышит бешеный стук её сердца. Вспомнилось, как Люциус укрывал её пледом в мансарде. А потом принёс завтрак в постель. И мясо по-французски в его объятьях…

— Спасибо, Джинни! — прошептала она, чувствуя, как впервые за полтора месяца улыбается — улыбается по-настоящему. И было чему.

— За что? — с недоумением спросила та. — Эй, Гермиона, ты куда?

Но Гермиону было не остановить. Она трансгрессировала с местатак стремительно, что лёгкий вихрь взметнул мелкий мусор с садовой дорожки.

* * *

«Он — вселенная, в которой я живу!»

Гермиона влетела в Министерство уже под конец рабочего дня, поэтому бежала с такой скоростью, что в груди всё жгло от недостатка воздуха.