Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю Страница 56

Глазастый засранец! Невольно прижимаю сумку к себе, словно прячу от посторонних глаз. В канареечном шопере лежит распечатка моего сценария, переписанного уже десятки раз. Задумывалось поработать над ним часок-другой в тишине парка, когда Говард свалит. Сомнительная идея, но мне пришло в голову несколько новых шуток. Их нужно вставить, прежде чем отправить сценарий вместе со своим резюме по объявлению в «ЛинкедИне», которое вчера переслала мне Алва.

Или я зря тешу себя надеждой? Да кому я нужна! Как говорит моя сестрица Клэри-Я-Богата-И-Идеальна, Фортуна не целует неудачников в зад. Но терять-то мне нечего, почему не попробовать? Этот бывший препод – последний человек, с которым я хотела бы обсудить свою настоящую работу. Жестокую критику путеводителя я еще могу перенести, но уж точно не охаивание черновика моего первого сценария, который все равно никогда не станет фильмом, потому что я бедна, неудачлива и у меня ужасная карма. Такие дела.

— Зайдем внутрь, – сухо предлагаю Говарду. – Никогда не бывала в этом ресторане, так что описать его не получается. Только по-быстрому! – добавляю угрожающе. – Без этих твоих штучек!

«Лёб боутхаус» находится на восточном берегу озера, в одном из самых знаковых мест Нью-Йорка. Подобно очертаниям Манхэттена, Рокфеллер-плаза или Метлайф-тауэр, Центральный парк – живое сердце города, а осенью еще и восхитительное, надо признать, зрелище. Само собой, здесь отснято больше сцен для фильмов, чем во всех остальных парках, вместе взятых.

— Большую часть главы я уже закончила, – сообщаю Говарду.

— Представляю, с каким удовольствием ты сосредоточилась на романтической стороне парка.

— С преогромнейшим, ага.

Несмотря на весь мой сарказм, должна признать: оранжевые кроны деревьев, тропинки и мостики в разноцветных пятнышках опавших листьев не лишены некоторого обаяния. Я цинична, но не слепа.

— Тогда достань свой планшет в котятках и порадуй меня перлами.

Выходим на веранду, где под покатым зеленым навесом расположен симпатичный бар с видом на озеро. Парочки и компании с коктейлями и аперитивами сидят за столиками. Вдалеке виднеются силуэты небоскребов, частично скрытые деревьями. Сейчас всего одиннадцать утра, в ресторане пусто.

— Предпочитаю тишину.

— И тем не менее. – Он нахально протягивает руку к моей тряпичной сумке.

— Концепция личного пространства в приложении к руководству «Держись от меня подальше, Говард!» явно нуждается в обновлении. – Я делаю шаг назад и шлепаю его по руке.

— Какая ты властная, – замечает он. – Любопытная черта, но такое я предпочитаю в несколько иных обстоятельствах. Если отдаться на волю фантазии, вижу их как наяву: мы с тобой в постели…

Разражаюсь мрачным смехом:

— Ты и я? В постели? И не мечтай, Говард. Должно быть, избыток кислорода в парке ударил тебе в… голову.

— Я же не сказал, что мне это доставит удовольствие. Скорее, описал свой кошмар. Держу пари, ты даже в постели не умолкаешь ни на минуту. Имею в виду не естественные стоны во время полового акта, а твою занудную болтовню.

— Уверяю, ты ничем не рискуешь. Ни теперь, ни в моих следующих десяти жизнях.

— Веришь в реинкарнацию, Митчелл?

— Мы притащились сюда ради эзотерических бесед?

— Хорошо, вернемся к путеводителю. – Он поднимает руки.