Сорок оттенков свободы - Диана Эванс Страница 59

— Есть другие способы.

Я повернулась к нему.

— Какие?

— Усыновление, опекунство. Мы можем взять ребёнка, которому нужна семья.

Я смотрела на него и не верила своим ушам.

— Ты серьёзно?

— Я никогда не был серьёзнее.

— Максим, это… это огромный шаг. Это не просто родить ребёнка. Это взять чужого ребёнка и сделать его своим. Это ответственность. Это…

— Я знаю, всё знаю. Я не говорю, что это просто и не говорю, что это возможно. Если мы оба этого захотим.

Я молчала. В голове крутились мысли, одна тревожнее другой. Чужой ребёнок. Не мой. Не его. Как мы справимся? Что скажут люди? Что скажет Алина?

— Я не знаю, — сказала я. — Я не знаю, готова ли я.

— Я и не прошу решить сейчас. Я просто хочу, чтобы ты знала: для меня это не проблема. Проблема потерять тебя, а дети… дети подождут. Или не подождут. Главное для меня это ты.

— А если я не захочу?

— Тогда не будем.

— Ты не будешь жалеть?

Он взял моё лицо в ладони.

— Вера, я люблю тебя. Не за то, что ты можешь родить мне ребёнка. Я люблю тебя за то, какая ты есть. Если у нас не будет детей — у нас будем мы и этого достаточно.

Я смотрела в его глаза. Серые, спокойные, уверенные и верила. Не на сто процентов, я ещё не научилась верить на сто, но верила.

— Дай мне время, — сказала я. — Мне нужно подумать.

— Сколько хочешь.

Он поцеловал меня и я закрыла глаза, чувствуя, как его губы шепчут что-то, что я разбирала сердцем.

Глава 32

Глава 32

Две недели я раздумывала над нашим последним серьезным разговором с Максимом.

Думала об этом в бутике, раскладывая цветы, дома, когда готовила ужин и ночью, когда Максим спал рядом, а я смотрела в потолок и слушала его дыхание.

Дети.

Я всегда хотела большую семью. Когда родилась Алина, я мечтала о втором, но Сергей не хотел. «Одного достаточно», — говорил он. «Ты и с одним не справляешься». Я верила. Я всегда верила тому, что он говорил.

А теперь Максим говорит, что хочет детей со мной. Несмотря на мой возраст и риски.

Я думала об усыновлении. О том, чтобы взять ребёнка, у которого нет никого. Дать ему дом, семью, любовь. Смогу ли я? Смогу ли полюбить чужого ребёнка как своего?

Я думала о том, что скажет Алина. Моя дочь, которая только недавно приняла мой выбор. Как она отнесётся к тому, что у неё появится брат или сестра? Не побоится, что я разменяю её на нового ребёнка? Не почувствует себя преданной?

Я думала о том, что скажут люди. О том, что мне сорок пять, что я уже мать взрослой дочери и о том, что заводить ребёнка в таком возрасте — эгоизм.

А потом я перестала думать о том, что скажут люди.

Потому что я обещала себе больше не жить для других

Я позвонила Алине и попросила встретиться.

Мы сидели в кафе, пили кофе и я смотрела на свою дочь — взрослую, красивую и очень счастливую. Она рассказывала о работе, о том, как Олег получил повышение, о том, что они думают о переезде в новую квартиру.

— Алин, — сказала я, когда она закончила. — Мне нужно поговорить с тобой.

— О чём?

— О будущем.

Она отставила чашку.

— Ты меня пугаешь.

— Не бойся, всё хорошо, просто… Максим хочет детей.

Алина замерла.

— Детей? — переспросила она.

— Да. Он сказал, что хочет семью со мной.

— А ты?

— Я не знаю. Я думаю.

Алина молчала. Я видела, как она переваривает эту новость.

— Мам, — сказала она наконец. — Ты хочешь этого?