Плохая маленькая невеста - Меган Брэнди Страница 66

— К черту мою жизнь, – фыркаю я и опускаю голову на руки.

Раздается тихий кашель, и я нехотя бросаю взгляд в сторону открывшейся двери. Энцо не переоделся, но снял пиджак, и его кобура теперь выставлена напоказ. На глупом красивом лице как всегда хмурое выражение.

— Ты когда-нибудь слышал о том, что нужно стучать?

Игнорируя мой вопрос, он проходит в комнату, его глаза прощупывают каждый сантиметр и с каждой секундой ожесточаются от того, что он видит.

Я быстро поджимаю ноги под себя и меняю позу. Расчесываю волосы пальцами, перекладывая их на одно плечо. Надеюсь, что не выгляжу неряхой, и ненавижу себя за то, что меня это вообще волнует.

Глаза Энцо встречаются с моими, и он скрещивает руки на груди. Смотрит на меня мгновение, а затем говорит:

— Я совершил ошибку, взяв Катану с собой.

Удивление от его признания пронзает меня насквозь, откалывая кусочек от ледяной стены внутри.

— Ее присутствие затмило тебя, – добавляет он, и теперь мне снова хочется стукнуть этого урода.

— Иди на хрен, Энцо. – Я качаю головой. – Мне не нужно натужно сиять, чтобы меня кто-то не затмил. Я никогда не сияла и не собираюсь.

Тянусь к халату, брошенному на край кровати, осторожно подтягиваю к себе, чтобы не показывать больше, чем хочу, и просовываю руки в рукава. Поспешно завязав поясок, вскакиваю на ноги, быстро надеваю домашние тапочки и иду к маленькому холодильнику.

— Я хотел бы, чтобы ты сияла.

— Да ну. А я хочу мужа, у которого нет жены. Обидно ошибаться, правда? – Откупорив бутылку воды, делаю глоток, мысленно хлопая себя по щеке, когда моя рука начинает дрожать. – Мне нужно принять душ, так что, пожалуйста, иди.

— Нет.

Вздохнув, опираюсь задницей на край кофейного столика и смотрю в окно.

— Не знаю, чего ты от меня хочешь, Энцо. Я здесь. Я не убегаю. Я честно играла в твою игру весь вечер. Я не убила твою драгоценную Катану…

— Она мне не принадлежит.

— …так что оставь меня в покое. В моей жизни покоя не так много.

— Я же говорил тебе, что хочу, чтобы все было по-настоящему.

Мои глаза снова перемещаются к нему.

— Я сделала все, что смогла, чтобы подтвердить нашу ложь. Я улыбалась, брала тебя за руку, как гребаная содержанка, расхаживала туда-сюда, размахивая кольцом перед каждым. Что еще от меня требуется?

— Ты можешь попробовать изменить отношение. Свое, я имею в виду.

Скрещиваю руки на груди, отзеркаливая его позу и радуясь тому, что нас разделяет полкомнаты.

— Я не понимаю.

— Ты бы поняла, если бы доверяла тому, что я говорю, и перестала слышать мои слова так, как тебе хочется.

Я откидываю голову назад.

— И что это значит?

— Я говорю тебе, что хочу тебя, а ты говоришь, что мне нужно лишь твое имя. Я говорю, что Катана не моя, а ты видишь в ней нечто большее, чем есть. Я говорю тебе, что хочу, чтобы наш брак был настоящим, а ты устраиваешь представление для других, но когда мы здесь, все меняется.

— Тебе нужно мое имя. Вот почему ты подписал контракт со всеми этими преференциями. Катана твоя. Твоя фальшивая сестра или твоя бывшая – неважно. Она твоя, и по этой причине она здесь. И ты при всем этом велел мне вести себя так, чтобы люди поверили гребаной игре, которую мы продемонстрировали. Я все сделала, как ты просил. Какого хрена ты еще от меня хочешь?

Он начинает ходить по комнате, нервно размахивая руками.