Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 67

Леони натянула повод, осознав, что забралась на чужую территорию. Юный рыбак увидел ее первым и крикнул даме, сидевшей на бревне:

— Мама, смотри!

Дама поглядела туда, куда он показывал пальцем, и с удивлением подняла брови.

— Пожалуйста, извините, – смятенно проговорила Леони. – В лесу так красиво, я сейчас уеду.

Дама встала и пошла по травянистому ковру к Леони.

— Зачем же вам уезжать? Оставайтесь. – Разглядев, что под широкополой шляпой было совсем юное лицо, она улыбнулась: – Слезайте с лошади, милочка, и составьте мне компанию.

Смущение Леони прошло, и на щеках у нее появились ямочки.

— S’il vous plait, madame[2].

— Вы француженка? А у кого вы остановились? – спросила дама.

Леони высвободила ногу из стремени и спрыгнула на землю.

— Я живу в Эвон-Корт. Я – как это, забыла слово – ах да, воспитанница монсеньора герцога.

По лицу дамы скользнула тень. Она шагнула вперед, словно пытаясь оградить от Леони детей.

— Я его воспитанница, и все, – надменно сказала Леони. – Со мной живет компаньонка мадам Фильд, кузина монсеньора. Вы хотите, чтобы я уехала?

— Извините, дорогая. Пожалуйста, оставайтесь. Я – леди Меривейл.

— Я так и подумала, – сообщила ей Леони. – Мне о вас рассказывала леди Фанни.

— Фанни? – Лицо дамы посветлело. – Вы ее знаете?

— Я жила с ней две недели после того, как мы приехали из Парижа. Видите ли, монсеньор считал, что мне неудобно жить с ним под одной крышей, пока он не нашел мне подходящую гувернантку.

Дженнифер имела отличное представление о моральных устоях герцога Эвона и не ожидала от него подобной щепетильности. Но она была слишком хорошо воспитана, чтобы выразить свои сомнения вслух. Женщины сели на бревно. Мальчик глядел на девушку во все глаза.

— Монсеньор, гляжу, никому не нравится, – заметила Леони. – Только леди Фанни, господину Давенанту и мне.

— Так вам он нравится?

— Он очень добр ко мне, – объяснила Леони. – А это – ваш сынок?

— Да, это Джон. Джон, подойди и поклонись даме.

Джон повиновался, заметив:

— У вас так коротко подстрижены волосы, мадам.

Леони сняла шляпу.

— Но какая красивая головка! – воскликнула Дженнифер. – А почему вы подстригли волосы?

Леони помедлила.

— Мадам, можно, я не буду вам отвечать. Мне нельзя об этом рассказывать. Леди Фанни мне запретила.

— Надеюсь, вы не болели? – спросила Дженнифер, с беспокойством посмотрев на детей.

— Нет-нет! – разуверила ее Леони. Потом, помолчав, продолжала: – Вообще-то монсеньор не запрещал про это рассказывать – только леди Фанни, а она не очень умна – вы не находите? Но она не захотела бы, чтобы я вам про это рассказывала – вы ведь с ней учились в одной монастырской школе, верно? Дело в том, что я только недавно стала девушкой.

Джениффер была поражена.

— Как это, дорогая?

— С двенадцати лет я была мальчиком. Потом меня нашел монсеньор и сделал своим пажом. А потом… он обнаружил, что я вовсе не мальчик, и решил меня удочерить. Сначала мне это совсем не понравилось. А в юбках я до сих пор чувствую себя неудобно. Но в некоторых отношениях это очень приятно. У меня сейчас так много нарядов, и я теперь леди.

Взгляд Дженнифер смягчился, и она потрепала Леони по руке.

— Какой ты смешной ребенок. И сколько времени ты собираешься оставаться в Эвон-Корт?

— Не знаю, мадам. Как скажет монсеньор. Мне еще многому надо научиться. По-моему, леди Фанни собирается представить меня в свете. Это ведь приятно, как вы думаете?