Фавориты - Лэйн Фарго Страница 68

Я всегда знала, что с Беллой Лин надо держать ухо востро. Приглашение это могло быть оливковой ветвью – или искусно замаскированным капканом. Но мне ведь тоже палец в рот не клади.

«Ладно, рискну», – подумала я.

— Во сколько?

* * *

В коридоре стоял шум: из номера слышались перебивающие друг друга голоса, хихиканье и ритмичная музыка Бейонсе. Я задержалась перед дверью, прижимая к себе косметичку и раздумывая, не повернуть ли назад. Неизвестно еще, что скрывается за неожиданным дружеским жестом Беллы… Но нет, отступать нельзя. Иначе она снова возьмет надо мной верх.

Дверь была чуть приоткрыта. Состроив любезную гримасу, я вошла.

— Кэт! – На лице Беллы появилась вполне искренняя улыбка. – Проходи.

Из широких окон номера открывался вид на океан, в который медленно садилось солнце. Я залюбовалась, невольно сравнивая люксовый номер Беллы со своим стандартным, хотя и вполне приличным. Став партнершей Гаррета, я навсегда распрощалась с обшарпанными номерами дешевых гостиниц.

В комнате собралась целая компания. Джози Хейворт, сложив губы бантиком, наносила на них розовый блеск из тюбика «Ланком». Ее и Эллиса участвовать в концерте не пригласили, но отец Джози был в списке гостей, а значит, парочка могла спокойно наслаждаться бесплатным банкетом и не думать о выступлении.

Остальных – Эмбер, Челси и Франческу, которую все звали Фрэнни – я знала лишь мельком. Эти фигуристки были новенькими и совсем еще недавно считались юниорами. У них, как говорится, все еще было впереди. Но по опыту прошлых лет я знала, что большинство новичков уходит из спорта после первого же сезона.

Устроившись на высоком пуфе, я стала молча наносить макияж, прислушиваясь к их болтовне. Девчонки обсуждали тонкости французского маникюра, делились впечатлениями о новом фильме про Гарри Поттера и хором подпевали песне «Naugthy Girl». Фрэнни кривлялась под музыку, держа в руке вместо микрофона баллончик с лаком для волос.

Так вот, значит, чем занимается молодежь в субботу вечером! Мне было только двадцать два, но в их обществе я чувствовала себя динозавром. В разговоры вступать не хотела – кроме фигурного катания, меня ничего больше не интересовало. Веселая трескотня девушек была мне в тягость. Гораздо охотнее я побеседовала бы с репортером перед миллионами телезрителей.

Белла тоже помалкивала, старательно рисуя черной подводкой длинные стрелки до самых висков. Я думала, что они с Хитом собираются исполнять на гала-концерте свой произвольный танец, но грим получался намного выразительнее, чем тот, в котором она выступала на Гран-при.

Заканчивая макияж, я припудрила лицо. Белла окинула меня взглядом.

— Что будешь делать с волосами?

— Не знаю.

В этом сезоне я решила с прической не заморачиваться и выступала с распущенными волосами. Только верхнюю часть локонов убирала с лица, скрепляя заколкой с камушками под цвет платья.

— Хочешь, заплету? – предложила Белла.

Раньше, когда мы с Гарретом еще только начинали кататься вместе, Белла делала мне прическу перед каждым выступлением. Я с тоской вспоминала, как сидела на полу в номере какого-нибудь отеля в той или иной точке мира – от Спокана до Санкт-Петербурга, а Белла мастерски заплетала и укладывала мне волосы.

— Давай!

Она усадила меня перед собой, в самую гущу компании. Упершись коленями в железные ножки кофейного столика, я откинулась на диван, а Белла стала водить руками по моим волосам, распутывая узелки. По спине разлилось приятное тепло. Я соскучилась по этому ритуалу. Мне не хватало Беллы.