Йога, тыква, два хвоста - Наталья Маслова Страница 69

Трюфель запрыгнул на стол и уселся, обвив хвостом лапы. Его выразительные глаза сузились до щёлочек.

— Значит, план? Ждём, когда к нам в двери постучится уже не шпион, а убийца? Или начнём палить из пушек по воробьям, вызвав на дуэль самого баронета?

— План прост. Придётся действовать на опережение. Прямо сейчас. Пока он считает, что я буду некоторое время переваривать последствия его визита. Корнелия!

Помело встрепенулось у стены:

— Я здесь, хозяйка.

— Мы летим к дворцу. К покоям принцессы. Сейчас же.

Трюфель фыркнул, но не стал спорить. Он видел ту же картину: Торрен выиграл бы время, если бы мы остались. Единственный шанс — нанести удар на опережение, пока его слова не отравили сознание Мирадии окончательно. Я накинула плащ, даже не сменив домашнее платье. Уже через минуту мы уже рассекали промозглый ноябрьский воздух, оставляя позади дом, пропахший угрозой.

Воздух в покоях принцессы Мирадии был другим. Не уютным, а натянутым, будто перед грозой. Она сидела не на своём любимом диване, а в жёстком кресле у камина. На коленях лежала основа для так и не начатой вышивки.

Когда я вошла, она вздрогнула и подняла на меня глаза. В них не было радости от нежданного визита. Была настороженность. Я увидела уже заложенное кем-то семя сомнения.

— Даша, — произнесла она без обычной теплоты. — Какой… неожиданный визит. Баронет Торрен только что был у тебя. Он беспокоился о моём сне. Очень любезно с его стороны.

Его работабыла молниеносной. Он уже успел заложить в её голову мысль, что его визит ко мне — лишь продолжение заботы о ней. Теперь любое моё слово против него будет выглядеть как чёрная неблагодарность или ревность.

— Он был любезен, — согласилась я, подходя ближе. Только не села. В этой атмосфере не было места обычным церемониям. — И очень точен. Он напомнил мне о важности… профессиональных связей. С лордом Вейном, например.

Имя прозвучало, как щелчок бича. Мирадия замерла, её пальцы вцепились в подлокотники.

— Зачем ты это говоришь? — её голос стал тише, но в нём появился металл.

Тот самый, унаследованный от брата.

— Потому что внешность, ваше высочество, бывает самой искусной маскировкой, — я сделала шаг вперёд, глядя прямо в её синие, наполняющиеся обидой глаза. — Иногда самая галантная улыбка скрывает не благородное сердце, а холодный, безошибочный расчёт. Он считает. Каждый ваш вздох, малейшую вашу слабость. Его интерес к вам — часть более сложной интриги.

Гнев вспыхнул в её взгляде мгновенно, как порох. Она вскочила, и её пышная фигура вдруг показалась не мягкой, а могучей, наполненной драконьей силой.

— Довольно! — слово прозвучало низко и властно. — Вы позволяете себе слишком много, леди Кирсанова! Я ценила вашу помощь, но это… это уже переходит все границы! Вы говорите дурно о человеке, который проявил ко мне искреннее внимание! Вы хотите сказать, что я настолько глупа, что не вижу очевидного? Или ты просто… ревнуете?

Последнее слово она бросила с такой горькой уверенностью, что у меня ёкнуло сердце. Именно этого он и добивался. Превратить правду в женскую прихоть.

— Вы ошибаетесь, ваше высочество, — сказала я, и мой голос, к моему ужасу, дрогнул. — Это страх за вас. Он связан с лордом Вейном. Лорд Вейн связан с исчезновением леди Арианны. Это не игра, Мирадия, а ловушка.