Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 69

Ее муж низко поклонился.

— Миледи, вы хозяйка в собственном доме.

Так что, когда Леони приехала в Меривейл-Плейс, и Дженнифер, и ее муж встретили ее очень дружелюбно. Поначалу она немного стеснялась, но улыбка Меривейла разогнала ее опасения. Она весело болтала за чаем и в конце концов сказала хозяину:

— Мне так хотелось с вами познакомиться, милорд. Я о вас столько слышала!

Меривейл так и подскочил.

— От кого же? – с беспокойством спросил он.

— От леди Фанни и немного от монсеньора. Скажите, сударь, вы действительно остановили на большой дороге карету лорда Гардинга?

— На пари, милая, на пари!

Леони рассмеялась.

— Я так и думала! А он очень рассердился? И, говорят, старательно это скрывал – потому что в дип-ло-ма-ти-чес-ких кругах…

— Бог с тобой, мое дитя!

— И теперь вас зовут «разбойником с большой дороги»!

— Только близкие друзья.

Дженнифер погрозила ему пальцем.

— Какие интересные вещи я о вас узнаю, милорд! Продолжай, Леони. Расскажи о нем еще что-нибудь. Этот негодник все от меня скрывал. Иначе я ни за что не вышла бы за него замуж.

— Мадемуазель, сжальтесь! – взмолился Меривейл, вытирая платком вспотевший лоб.

— Только расскажите мне – вам было интересно изображать разбойника?

— Очень, – серьезно ответил он. – Но так поступать неприлично.

— Конечно, – согласилась Леони. – Но ведь не всегда хочется вести себя прилично. Я всем причиняю массу забот, потому что пренебрегаю приличиями. Оказывается, дама может оставаться респектабельной, даже если за ней числятся кое-какие делишки, но ни одна леди не назовет штаны штанами. Мне это очень трудно понять.

Меривейл попытался подавить смех, но не сумел.

— Приезжайте к нам почаще, мадемуазель. Нам не часто приходится встречать такую прелестную молодую леди.

— Лучше вы к нам приезжайте, – ответила она. – Так ведь, кажется, полагается – обмениваться визитами?

— Боюсь, что… – неловко начала Дженнифер.

— Мы с герцогом Эвоном в ссоре, – закончил Меривейл.

Леони всплеснула руками.

— О, везде одно и то же. Нет ничего удивительного в том, что монсеньор иногда дурно себя ведет – ведь к нему все так плохо относятся.

— Его светлость отталкивает от себя людей своими поступками, – сурово изрек Меривейл.

— Сударь, – с достоинством произнесла Леони, – не надо говорить мне такое о монсеньоре. Он единственный человек на свете, которому не безразлично, что со мной станет. Я не хочу слушать предостережений против него. Они меня только злят.

— Прошу прощения, мадемуазель, – сказал Меривейл.

После этого Леони стала часто бывать у Меривейлов, и однажды они пригласили ее на обед вместе с мадам Фильд, которая не знала о ссоре между Эвоном и Меривейлом.

Прошло две недели. Джастин ни разу не дал о себе знать, но на пятнадцатый день к Меривейл-Плейс подкатила груженная багажом карета, и из нее выскочил высокий красивый молодой человек. Слуга открыл ему дверь, и в холле его встретила Дженнифер, которая при виде него засмеялась и протянула к нему руки.

— Кого я вижу! Руперт! Ты к нам надолго?

Он поцеловал ей руки.

— Черт побери, Дженни, до чего же ты хороша! А вот и Энтони! Интересно, он понимает, какая у него красавица-жена?

Меривейл крепко пожал ему руку.

— Придется, Руперт, мне как-нибудь тебя проучить, – пригрозил он. – Что это ты привез такую гору багажа?